Я хочу к моей Соне…

Имана занервничала, потянулась к сигарете. Амир спустил дочь с коленей, и она убежала к себе в комнату.

- Интересно девки пляшут, - прокомментировала жена происходящее.

- Дай ей время. Она просто отвыкла.

- Это твоя вина. Я сколько раз просила, чтобы ты ее привез?

- Ты действительно считаешь, что ей место в том гадюшнике?

- А мне?!"

"- Не начинай! Не пытайся даже… Я тебя предупредил. Мне не нужна жена-истеричка. Либо ты прикладываешь усилия к тому, чтобы все сохранить, либо я возвращаю тебя родителям.

Глаза Иманы недобро сверкнули, но, затолкав злость поглубже, она все же кивнула:

- Ты прав. У нас как-то не с того началось, но я… люблю тебя, Амир. И буду тебе хорошей женой. Обещаю.

- Я рад это слышать. Будет хорошо, если твоя любовь распространится и на нашу дочь. Еще один твой прокол…- Я люблю Карину! Просто тогда… была немного не в себе. Думаешь, мне не стыдно?

Амир думал, что стыд Имана потеряла когда-то, очень давно. Но он не стал делиться этими мыслями с женой. А она лишь их подтвердила, когда они остались за закрытыми дверями спальни. Бесстыжая, порочная и ненасытная. Вот, какой она была.

Зачем только вспомнил? Амир поцеловал Соню и, осторожно высвободившись из ее объятий, встал с кровати. Вот, кого он хотел. Всегда. По-настоящему. Вот, с кем был счастлив…

Вышел из комнаты, заглянул к Карине. Сегодня дочь его удивила. Из-за её постоянных выходок он считал Карину не по годам взрослой, прожжённой жизнью девицей. А она оставалась маленькой, недолюбленной девочкой, все еще нуждающееся в матери и отце…

- Чего бродишь? Что-то случилось?

- Что? Нет… Господи, ты когда-нибудь снимаешь этот костюм? – удивился Амир, окидывая Глеба взглядом.

- Как раз хотел. А тут ты маячишь.

- Поехал бы домой.

- Что мне там делать?

- Отдохнул бы… Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь?

- Как-то не приходилось. – Громов провел по отросшей за день щетине огромной, как лопата, рукой и снова уставился на шефа.

- Выпить хочешь? – спросил тот. – Ну, что смотришь? В прошлом те времена, когда без охраны не выживешь. Уже можно расслабиться, майор.

- Расслабляться никогда не надо.

- Да ну тебя. Пойдем… где-то была у меня хорошая водочка. Ты же по водке, Глеб?

Мужчины уединились за разделочным столом в кухне, достали из холодильника закуски и разлили ледяную, тягучую водку.

- Что хоть празднуем? – поинтересовался Громов, в предвкушении потирая руки.

- Конец моей холостяцкой жизни! – хмыкнул Амир.

- Никак предложение Соне сделал? - восхитился Глеб, цокнув языком.

- Сделал, – довольно протянул Амир. По желудку растекся приятный жар от выпитой натощак горькой. И все как-то враз стало хорошо и понятно. К черту метания. Он все решил. Нет ничего плохого в том, чтобы быть с той… единственной.