Никогда. Ты понял? И хватит выдумывать про нас всякую чушь. Те пару свиданий ничего не значат. Я. Не хочу. С тобой встречаться. Мне еще раз сказать, чтобы до тебя дошло?"

"Выпитый алкоголь и разочарование придают мне злого задора и смелости.

Андрей смотрит на меня очень нехорошо. Я бы даже сказала, опасно.

— Детка, ты похоже забыла, с кем разговариваешь. Мне тебя раздавить, как нечего делать. Таких как ты — сотни. И большинство мечтает быть со мной. Мне кажется, ты зазналась. Близость к правящей элите, еще не ставит тебя на одну с нами ступень. Так что сбавь обороты и будь послушной хорошей девочкой.

Радов попытался прижать меня к себе, а я от всей души влепила Андрею пощечину. Свидетели, пусть и малочисленные в этом тихом уголке за колонной есть, а значит теперь сотрудники компании обеспечены скандальной сплетней.

Повисла тяжелая тишина. Радов глядит на меня не верящим взглядом. Кажется, мужчина в мгновение протрезвел. У меня горит рука. Ударила я сильно, так что и у Андрея наверняка щека горит огнем.

— То есть, так, да? — зло поинтересовался Андрей. — Да кому ты нужна. Дура.

Мужчина развернулся и стремительно пошел в сторону выхода из зала.

Вздохнула с облегчением. Обошлось без еще большего скандала.

Поискала глазами Виктора, но не заметила начальника ни на сцене, ни в зале. Может, это и к лучшему. Так вот сейчас разберусь, как сюда проникли родственницы, а потом либо к Гайне, срочно собирать вещи, либо… в бар. Снимать стресс.

Подошла к подмигнувшему мне при входе охраннику.

— Привет, — я улыбнулась молодому парнишке. — Слушай, я тут заметила несколько людей, которым входить сюда вроде как нельзя.

— Это ты про своих подружек, что ли? — насмешливо улыбнулся мне в ответ этот охранничек.

— Нет, не про них. Вон, видишь, сидит дама на диване под ручку с девушкой. И с ними еще одна.

— А, эти. Их я не собирался пропускать, хотя они проявляли большую настойчивость. Хотел уже подкрепление вызывать и провожать дам на выход из здания, но тут подошел один ваш большой начальник, обнял тех двух, что помоложе, и заявил, что они с ним, и его дорогих будущих родственниц обижать нельзя.

Вот блин, это точно Радов.

— И что, теперь их прогнать никак нельзя?

— Не — а.

— Понятно, — совсем расстроилась я.

Вернулась в зал, чтобы забрать из общей кучи сложенных на диване сумок свою. Мы с девочками оставляем вещи на подобных мероприятиях именно так. Кто‑то периодечески приглядывает, остальные веселятся.

— Лер, ты куда? — меня окружили подруги.

— Да… домой наверное.

— Почему? Из‑за этих твоих родственниц? Так мы с ними сейчас разберемся.

— Нет, не из‑за них.

— Слушай, а тебя правда с Чудовищем ничего нет? А с Радовым?

Кое‑как отбрыкалась от вопросов, переведя все в шутку, и поспешила на выход.