— Аирир связал себя с ней узами брака, чтобы выкачивать силу, но не владел женщиной, страшась потерять контроль над магией, как Динист.

— Хорошо, — твёрдо говорю я и осторожно поднимаюсь на ноги. Колени дрожат и подгибаются, но я не даю себе даже покачнуться. — Ты… мне поможешь? Остудишь меня, чтобы я не причинила маме вред? Я боюсь своего дара…

— Потому что тебя научили его бояться, — жёстко цедит он. — Чтобы контролировать тебя, Искрель. Доверься своей магии…

Я всё же нервничаю и медлю.

— Да, — неожиданно добавляет Эдхар. — Я буду рядом и остановлю тебя, если твоя магия станет опасна. Клянусь тебе в этом!

Его слова приносят огромное облегчение, и я не могу сдержать слёз. Они застилают мне глаза, и всё становится расплывчатым. Рыдая, выпускаю из рук струи очистительного пламени. Огонь магии откликается мгновенно, заполняя моё тело, обжигая вены, покалывая кожу, разливаясь вокруг меня сияющим потоком.

Ткань, скрывающая клетку, вспыхивает мгновенно, тая в огне, и я испуганно зажмуриваюсь. Надеясь на ваннора и отчаянно молясь богам, чтобы спасли мою маму. Чтобы моё пламя не причинило ей вреда."

"Глава 42

Некоторое время я не решаюсь открыть глаза. Но вскоре раздаётся нежный голос:

— Дочка…

И, не сдержавшись, распахиваю ресницы. Всё вокруг пылает, воздух подрагивает от жара, а прутья клетки раскалились докрасна, но внутри я вижу женщину. Она стоит и улыбается мне. Бледная и невероятно худая, но в голосе звучит сила и бесконечная любовь.

— Спасибо. Мне уже лучше. Ты такая сильная!

Кусая губы, пытаюсь справиться с волнением и ответить, но не могу выдавить и слова из-за вновь хлынувших слёз. Я благодарна им, как и магия ваннора, солёные капли очищают мою душу от жажды мести и крови врагов. Сейчас больше всего я желаю забрать свою маму и вернуться в Алианор.

С Эдхаром…

Вздрагиваю от одной мысли и бросаю косой взгляд на клетку, где пленён мужчина. Сердце начинает биться сильнее.

О боги! Мой муж Леорас, и ничто этого не исправит. Нас связало небо, и люди не могут разрушить эту связь. Она священна!

На языке ощущаю горечь, будто пью самое отвратительное лекарство. Леорас так часто говорит, что любит, но разочаровывает всё сильнее. Слова его пусты… Ваннор действует молча, и его истинные чувства я осознала лишь сегодня. Пытаюсь отвлечься от неожиданно накатившего сожаления.

— Как мне открыть клетку?

— Сломать, — слышу спокойный голос Эдхара. — Она уже перенасыщена твоей силой, но надо надавить так, чтобы прутья разорвало от магии.

Убедившись, что мой дар очистительного пламени, который растекается по всей зале, не причиняет вреда ни маме, ни Эдхару, я становлюсь увереннее. Делаю глубокий вдох и, закрывая глаза, сосредотачиваюсь на внутреннем огне.