Эффект зажигалки не сработал."

"— Может, стоит всё-таки вслух? — задумчиво рассматривая руку, произнесла я. — Огонь!

Результат всё тот же. Точнее, полное отсутствие этого самого результата.

— Пламя! Костёр! Огонёк! Вспышка!

Ни один из вариантов не сработал. Огненный жар совершенно отказывался подчиняться. Оставалось надеяться, что за эти десять дней меня никто не попросит его продемонстрировать.

Бросив бесполезные попытки, я встала с кровати и принялась осторожно ходить туда-сюда, пытаясь размять затекшие мышцы и привыкнуть к новому телу. С каждым шагом становилось всё легче и легче.

Я даже решилась и пару раз присела, вытянув вперед руки.

Рискованно, меня даже немного зашатало, но стало легче.

Что ж, тело гибкое, ловкое и спортивное. Это хорошо. А то могла попасть в пухленькую толстушку с отдышкой. Нет, все имеют право на жизнь, и в каждом своя прелесть, но пришлось бы привыкать.

После небольшой передышки я отправилась в ванную, где тщательно умылась, бросая взгляды на новое отражение и пытаясь к нему привыкнуть.

Красивая.

Снова навязчивый зуд в пальцах, требующий взять листок и карандаш и нарисовать собственный портрет.

Так, как я себя видела и ощущала.

Это желание становилось всё сильнее. Пришлось снова умыться, на этот раз холодной водой, чтобы хоть немного прийти в себя.

Вернувшись в кровать, я легла на подушки и уставилась в потолок.

О чем думала?

Да, собственно, ни о чем и обо всем.

Мысли текли вяло, сменяя друг друга.

Вспомнился Колька и вероломная подруга. Как они там? И что с моим телом дома? А вдруг я в коме или без сознания? Переживают ли они? Мучают ли их угрызения совести?

Сообщили ли о произошедшем родителям и бабушке? И что почувствовали они? Горе или равнодушие? Не нужна была при жизни и такой же осталась после смерти? У отца с матерью давно свои семьи, в которых растут дети.

Бабушка… она же никогда не любила меня и даже не скрывала этого.

Я невольно провела параллели между собой и Агнеликой.

Княжну родители любили. Воспоминаний было немного, но я точно знала, что это так. Её любили, холили, лелеяли, выполняли любой каприз. Что отец с матерью, что родные братья.

Может, в этом всё дело? Избаловали единственную дочь и воспитали монстра?

В любом случае я поймала себя на мысли, что немного завидую Агнелике.

Не её дару, положению и богатству. А семье, любви, которая её окружила с детства, ощущению счастья и защищенности. Всему тому, чего не было у меня.

— А вот и ужин!

Бри, широко улыбаясь, зашла в палату, неся перед собой поднос.

— Тебе надо хорошо поужинать, чтобы прийти в себя. Дейра обещала, что, если всё сложится хорошо, может быть, завтра-послезавтра выпишет тебя.

— Так быстро?

Я села в кровати поудобнее, поправила одеяло, изобразив на лице ответную улыбку.