Картинка уже погасла, а я всё стояла у стены, обхватив себя руками. В Замке-Артефакте никогда — даже в подземелье — не было холодно, но меня пробрала дрожь.

— Роника? — Дэйн поднимался по ступенькам, и, обернувшись к своему дракону, я поймала его встревоженный взгляд. — Роника, с тобой всё в порядке?

Тут я вспомнила о письме заговорщиков и молча протянула ему пергамент. Дэйн схватил его, пробежал глазами и сдвинул брови.

— Как это объяснить, Роника? Верховная жрица…"

"— Не знаю, — мой голос прозвучал хрипло, и я прочистила горло, прежде чем продолжить: — Наверное, они сумасшедшие. Мы должны поймать их в какую-нибудь ловушку… и узнать правду.

Дэйн пристально смотрел на меня, и, внезапно почувствовав слабость, я шагнула к нему и обняла. Дракон заключил меня в кольцо своих сильных, надёжных рук и шепнул на ухо:

— Всё будет хорошо, Роника. Я позабочусь об этом.

— Почему ты не выдал Хэльгрена? — еле слышно спросила я, и Дэйн резко выпустил меня из объятий. В его глазах читалось недоумение, и я коротко объяснила, как мне удалось «подсмотреть» всю беседу.

Дэйн немного помолчал перед тем, как ответить, словно подбирал слова.

— Роника, Хэльгрен — гость Замка-Артефакта, и я пообещал ему свою дружбу и покровительство. Слово дракона свято. К тому же Хэльгрен ничего не помнит, и сейчас он — не тот преступник, который сидел в Ирлигарде.

Я кивнула: да, всё так и есть.

— А кроме того, он знает о нашей связи, нашёл для нас ключ и может ещё оказаться полезным, — не столь возвышенно прибавил Дэйн. — Только скажем Замку-Артефакту и Эллейн, чтобы внимательно следили за ним… Вижу, ты со мной согласна. Ну, а теперь пойдём-ка в столовую. Как бы то ни было, правила Замка-Артефакта нужно соблюдать неукоснительно!

Конец первой части

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ГЛАВА I

Поговорить о заговорщиках и составить план, как заманить их в ловушку, мы с Дэйном так и не успели. Замок-Артефакт наливал чай в фарфоровые чашки, когда перед моим драконом возник свиток пергамента. Паря над столом, он медленно развернулся, и зазвучал мелодичный женский голос:

— Благородный Дэйнхар из рода Илль, ваш отец тяжело болен, и мы беспокоимся за его здоровье. Он настаивает на том, чтобы увидеть вас, пока не стало чересчур поздно. Подпись: ваша мачеха, благородная Сиальда из рода Лэй.

Пергамент вспыхнул и сгорел, а пепел рассеялся в воздухе. Я видела, как побледнело лицо Дэйна, и успокаивающе положила ладонь на его руку, сжавшуюся в кулак.

— Уверена, с твоим отцом всё будет в порядке, — я понимала, что это лишь слова, но, может быть, от них моему дракону станет легче. Как и от ласкового прикосновения.

— Мы, драконы, редко болеем чем бы то ни было, — Хэльгрен, даже за столом уткнувшийся в книгу из библиотеки, поднял глаза, и мне показалось, что он озадачен.