Скинув с себя полотенце, перешагнула через бортик своеобразной ванны и с наслаждением опустилась в горячую воду.

Кожу на ладонях и на коленках защипало. Оказывается, их я тоже умудрилась поцарапать. Приятное ощущение от того, как теплая жидкость обволакивает тело, снимая озноб с кожи, быстро заглушило жжение в ушибленных местах.

Так бы и сидела в этой бочке с горячей водой, пока та не остынет, но время ограничено и Кайлар мог вернуться в любую минуту. Поэтому схватив мыло, я принялась как могла дезинфицировать и свои ладони, морщась и страдая и смывать грязь.

Напоследок зажала нос рукой и занырнула с головой.

Едва вынырнула, как в дверь постучали.

— Иду! — громко крикнула, быстро выползая из бочки.

Скользя по полу и спотыкаясь, на ходу закуталась в полотенце и почти оказавшись у двери, вспомнила про артефакт.

Выругалась. Нацепила обратно Царвен. Снова подбежала к воде, убедившись, что внешность поменялась и подпрыгнув с очередным стуком на месте, побежала открывать и встречать Виду.

Быстро она справилась. Современные сверхумные стиральные машинки отдыхают.

Вот только распахнув дверь, я на пороге увидела не Виду, а хмурого Кайлара.

Похоже он был погружен в свои мысли, смотрел куда-то в бок и в эту долю секунды толком не понял, что я только из ванной в одном полотенце, да еще и вся мокрая.

Зато до меня дошло молниеносное понимание. Оно оглушающим ударом атаковало сознание. Таким, от которого пропал дар речи и настал полный ступор и одеревенение тела.

Осознание, что я еще не в том мире, и не в том статусе, чтобы в таком виде бегать перед мужчиной — ударило второй волной шока.

Сам Кайлар нахмурившись, поднял на меня взгляд. Замер. Остались подвижными только глаза, просканировав меня с ног до головы.

Светлая бровь плавно приподнялась и я нервно сглотнула.

Вот же черт.

Мои губы приоткрылись, дабы произнести нечто невнятное и быстро закрыть дверь. Лучше вообще запереться на засов в комнате, в ожидании своей одежды.

Но Кайлар опередил меня.

По ушам резанула его усмешка:

— Неожиданно, вы оказывается умеете быть гостеприимной.

— Вы…— только и смогла вымолвить дрожащими губами. В этом месте дар речи перестал функционировать.

Сжав на груди полотенце, я несколько раз моргнула, как в замедленной съемке.

Мозг пытался понять, что ему делать. Натянуть намокшую ткань выше, прикрывая артефакт, чтобы его дракон, скользящий по мне любопытным взглядом, случайно не заметил? Потребовать отвернуться? Захлопнуть дверь? Спрятаться за угол? Может закричать или влепить пощечину за его слова о гостеприимстве?

Произошел сбой. Сознание зависло. А Кайлар, словно решив окончательно добить меня, изрек:

— Мне приятно такое внимание, но не могли бы вы, Кэтти, одеться. Я женат.

Ничего себе, как он внезапно про жену вспомнил.