Ты ему очень понравилась сразу, а теперь он и вовсе влюблен.

Я покраснела.

– Мне бы хотелось услышать это от Даниса.

– Он же такой тюфяк, долго еще не скажет, – рассмеялся Керуш. – Он же вообще всего этого не умеет: свидания, девушки, подарки… – кивнул он на Даниса, который неуверенно нес мне цветы. – Но ты-то сможешь его понять, правда? Мне кажется, вы подходите друг другу.

Керуш проникновенно посмотрел мне в глаза, и я кивнула. Дракон будто намекал на что-то, но я не решилась переспросить, что он имеет в виду, а потом и Данис подошел."

"Когда Керуш нас оставил, мы провели вместе чудесный вечер, закончившийся поцелуями на площади с красивыми фонарями. У меня кружилась голова и ноги подкашивались, не хотелось думать ни о чем: ни о выгодах, ни о контракте, ни о драконах. Были просто я и он в ночной темноте, свет звезд, мягкое сияние фонарей, журчание фонтана, теплые сильные руки, обнимающие меня. И в глазах его было что-то такое, от чего сердце сжималось. Неужели Керуш прав и это любовь? Неужели Данис скоро скажет это? И что я отвечу?..

Домой я летела на крыльях любви; захлопнув дверь, рухнула на колени подле сидящего граара и стиснула его в руках, будто плюшевую игрушку.

– Не покормила бедного голодного котика, а туда же – тискать, – проворчал он, впрочем не вырываясь, а наоборот, потираясь об меня большой головой.

Я почесала его под подбородком и за ушами, перебирая чешуйчатые складки.

– Ты же сам все сожрал без остатка! – Я на всякий случай проверила шкафчики в кухне, но да, действительно, граар добрался до всех запасов леденцов. – До утра не дождешься?

– Голодом морят несчастное животное, – тяжко вздохнул котяра.

Пришлось становиться к плите: одной рукой варить сироп, а другой готовиться ко сну. Карамель просто вылила на противень, чтобы быстрее остыла, и поставила тот на пол.

– Не трогай, пока не остынет, обожжешься, – пробормотала я.

Котяра, не мигая, с мрачным видом уставился на карамель, будто это могло помочь ей быстрее застыть.

– В голове не укладывается, что вот может быть какая-то жижа, а потом раз – и твердый камень.

– Камни тоже могут плавиться, только при очень большой температуре, – пробормотала я, укладываясь в кровать.

Но граар не позволил мне заснуть, пока я не рассказала о вулканах и магме, которая фактически является мягким расплавленным камнем. Кажется, я заснула где-то посреди рассказа о формировании бриллиантов в глубине земли под воздействием температуры и давления, и снились мне жеоды: вроде бы просто камень, но расколешь, а там внутри все покрыто блестящими кристаллами.

Я едва не проспала, и на работу пришлось почти бежать.