Так что осколками леденцов с работы обойтись было невозможно, приходилось и вечерами варить сироп. Он мне уже во сне снился. Да еще и запасы леденцов было невозможно оставить дома. Гаденыш добирался до них, благодаря крыльям, на какую бы высокую полочку я ни спрятала, и съедал подчистую. Скоро этот проглот меня разорит."

"На работе мысли были явно не о том, о чем надо, я обожгла руку, утопила ложку в карамели, а намешивая цвет для леденцов, смешала красный с зеленым, получив противный болотно-коричневый. Попыталась спасти ситуацию, добавив синего, но вышла вообще какая-то гадость.

Господин Дарбер посмотрел на мои художества и только тяжело вздохнул.

– Можно купить тонкую бумагу и упаковать каждую конфету в фантик, – предложила я.

Господин Дарбер согласился и отправил меня в магазин, а заодно проветриться.

Выйдя с заднего входа, я замерла, увидев, что мимо по улице идет лорд Керуш. Он солнечно улыбался, расточая вокруг позитивное настроение. Я вспомнила, как мы провели вместе весь вечер во время маскарада. Мы все время хохотали, хотя сейчас я не могла вспомнить, о чем мы говорили. Просто… просто развлекались, да и все.

Он отлично танцевал, знал, какие пирожные самые вкусные, какое вино лучше выбрать, умел сказать приятное.

«Мне неожиданно тоже понравилось», – всплыло в голове. Боги, Данис совершенно не умеет подбирать верные слова! Но почему-то это воспоминание заставило меня улыбнуться и вспомнить нежное прикосновение чужих губ к моим.

Керуш вдруг оступился и ругнулся себе под нос – на дороге обнаружилась ямка из-за вылетевшего из брусчатки камня. Фыркнув, дракон посмеялся над собой и пошел дальше. А вот Данис записал бы это место в свою дурацкую черную книжечку, чтобы отправить сюда ремонтников и чтобы больше никто не спотыкался.

Я решительно помотала головой, отгоняя дурацкие мысли. Не нравится мне Данис, совсем не нравится. Он зануда и ханжа, не умеет веселиться и вообще редко улыбается, не умеет сказать приятный комплемент и вообще совершеннейший…

– Дурак! – буркнула я себе под нос и покраснела, огляделась по сторонам, но вроде бы никто этого не мог услышать, так что я поспешила дальше.

Упаковочную бумагу, гладкую и скользкую, чтобы не прилипала карамель, но при этом цветную и яркую, я взяла двух видов: розовую и голубую.

Не целлофан и не специальная бумага для фантиков, но все же должно пойти.

На обратном пути я заметила, что нужный мне переулок, ведущий к задней двери, занят, поэтому притаилась за поворотом и аккуратно выглянула, пытаясь понять, кто там.

– Вот, Клодет, приношу вам свои извинения за пострадавшее платье. Поверьте, я совсем не хотел.

– Я узнала голос лорда Керуша и удивленно замерла.

– Ох, милорд, вы слишком щедры! – ахнула официантка, густо покраснев.