Вот это я понимаю засада! Вот это она меня сделала, Мышь баклажановая. Удавлю!

Еще один вечер проводить в гордом одиночестве не собираюсь, поэтому звоню девкам. А Мышь пусть катится к чертовой бабушке.

ВаренькаЗа выходные я просто извелась. Из-за Ромки. Из-за того, что не пошла с ним в пятницу, а потом отказалась приезжать в субботу. Он больше не звонил. Да и зачем ему это? Большой босс не будет бегать за простой помощницей.

В груди щемит. Стыдно признаваться, но когда Юрий Константинович предложил поехать с ним, я руками и ногами вцепилась в эту возможность. Было бы лукавством, сказать, что сделала это только ради получения нового опыта.

Нет. Я просто сдрейфила, сбежала от Неманова. А когда он позвонил, и явно был недоволен тем, что встреча сорвалась, чуть не разревелась. Может, все-таки надо было осмелиться? Сделать этот шаг навстречу неизвестности и будь что будет?"

"Теперь поздно сокрушаться. Шанс уплыл. Сама его из рук упустила. Неманов теперь в мою сторону даже не посмотрит.

Как же я ошибалась на этот счет!!!

Едва в понедельник пришла на работу, включила компьютер, сделала Юрию Константиновичу кофе — он всегда начинал с него свой рабочий день, как зазвонил телефон.

Рома.

Я тут же потерялась. Руки к груди прижала и смотрела на экран, хватая воздух ртом от волнения.

Снова звонит. Сам! И я не знаю, то ли радоваться, что не забыл обо мне, то ли прятаться, потому что вряд ли у него хорошее настроение, после моей пятничной выходки.

— Доброе утро? — отвечаю, будто спрашивая… Кровь забурлила, закипела, и словно раскаленное масло кто-то плеснул в живот, когда услыхала прохладное:

— У кого как.

Точно не в духе. Непроизвольно вытягиваюсь по стойке смирно, не зная чего от него ждать.

— Поднимись ко мне. Срочно!

Тон такой, что даже мысли не возникает ослушаться. Предупреждаю Юрия Константиновича, что мне надо отойти на пару минут и иду к Неманову. Будто на закланье. Ноги не слушаются. Сердце одновременно замерзает и пульсирует в каждой клеточке.

Когда стучусь в кабинет и слышу спокойное: «войдите», все внутри переворачивается.

Приоткрыв дверь, бочком протискиваюсь внутрь и замираю у порога, словно провинившаяся школьница. Вроде ничего плохого не сделала, но когда он поднимает на меня тяжелый сумрачный взгляд, готова начать извиняться.

— Вы хотели видеть меня? — зачем-то уточняю, хотя и так понятно, что раз позвал, значит хотел.

— Да, — просто отвечает Рома, продолжая гипнотизировать меня непонятным взглядом. Там столько всего намешено, что боюсь утонуть в этих эмоциях.

— Итак, — начинает он, — значит в пятницу ты решила сбежать? Струсила?

От неожиданности вскидываю на него изумленный взгляд. Как он догадался? Он мысли умеет читать?

— Я не струсила, — пытаюсь возразить, но выходит жалко.