То, что одежда Клима валялась здесь же, служило довольно слабым утешением. Катя оделась и с отчаянием уставилась на себя в зеркало.

На улицу в таком виде нечего и соваться, платье, ранее плотно облегающее бедра, теперь болталось как на вешалке, поскольку разрез доходил до самой талии. Он просто наклонился, взял за края и рванул в стороны, ткань поддалась, затрещали нитки, и она смогла без труда запрыгнуть на байк, крепко обхватив Клима за талию и млея от ощущения каменных мышц пресса под руками. Теперь даже выйти из дома не в чем…"

"Внезапно Катя вспомнила о купленном в офис степлере, он так и лежал в сумке. Не стала снимать платье, вынырнула из бретелей, провернула на себе и принялась  скреплять разорванные края. Торопливо оглядывалась на лестницу, одновременно и опасаясь, и желая, чтобы Клим нашел ее и остановил. А потом поняла, что не имеет ни малейшего представления, куда делись ее туфли. Жакет был, сумка лежала рядом, и даже телефон не разрядился, а туфли как сквозь землю провалились.

Махнула рукой и направилась к двери босиком, но тут же поняла, что ошиблась дверью и попала в хозяйственный блок, вчера они с Климом шли через гараж. Ну как шли, впились губами друг в друга, как одержимые, и наугад ногами перебирали. На глаза попалась сушилка с мужскими вещами. Без зазрения совести Катя стянула пару носков — на ее взгляд, они выглядели истинной парой — и натянула на ноги.

Ей только добежать до такси, она его уже вызвала, благо, нынешние технологии позволяют найти пассажира по геолокации, потому что сама Катя и близко не представляла, где находится. Машина уже должна быть за воротами. Катя вернулась в холл и через минуту уже бежала по двору к воротам.

Хоть этот сентябрь выдался по-летнему теплым, земля быстро остывала, да и в носках по плитке, которой была вымощена дорожка, бежать было не слишком приятно. Катя опасалась, что на калитке окажется какой-то мудреный замок, но ей повезло, выйти удалось без труда, а у ворот ее уже ждало такси.

Водитель и внимания не обратил на ее ноги, зря она переживала. А вот дома Катерину впрямь чуть удар не хватил, когда она рассмотрела на носках марку — Balenciaga, — а потом порылась в интернете и нашла их стоимость.

Сто десять евро! Носки! Да она туфли вдвое дешевле купила на распродаже, красивые, кожаные, как же жалко теперь… С платьем все оказалось не так плохо, вот что значит брендовая вещь. Ткань разошлась по шву, в соседнем ателье все аккуратно застрочили, и после химчистки платье выглядело как новенькое.

Илона готова была его подарить, лишь бы Катя рассказала в подробностях, как и с кем она исчезла из «Саламандры», после прислав сумбурное и короткое сообщение, что с ней все в порядке. Но ей никому не хотелось ничего рассказывать, даже Алке.