Диего очень старался и приготовил тебе гаспаччо и осьминогов.

— Я предлагаю начать с десерта,  — сказала она мужу на ухо, прихватив губами мочку, когда он поднял ее на руки и понес к причалу.

— Я думал, ты проголодалась с дороги,  — усмехнулся он, поймав ее губы своими,  — но если нет, конечно, сразу десерт. И добавил уже после поцелуя:  — Не волнуйся, она не перевернется!

* * * — Отпусти меня, Клим, ты меня раздавишь,  — Катя уперлась руками в нависающее над ней плечо мужа.

Клим промычал что-то невразумительное, но руки не разжал, а просто перекатился на бок. Они заплыли далеко, здесь Катя ни разу не была, и пришвартовались к какому-то каменному острову, даже не острову, обломку скалы, возвышающемуся над водой. Клим управлял яхтой, а она обнимала его со спины и прижималась к пахнущей морским бризом рубашке. Он гладил ее ладони, а руль держал одной рукой, и это так напомнило их первую встречу, что обоим было уже не до нежностей, она еле дождалась, пока муж укрепит канаты. Кстати, Клим не обманул, яхта и в самом деле оказалась устойчивой. Сейчас они лежали, обнявшись, и смотрели на усеянное звездной пыльцой небо, а она и не заметила, что уже ночь. Надо же, как быстро летит время…

— У нас скоро свадьба,  — поставил ее в известность муж.

— Опять?  — удивилась Катя.  — Тебе не надоело?"

"— Дядька выступает, что у нас все не как у людей. Хочет пофотографироваться с невестой возле памятника. И мама твоя намекала…

Катя поцеловала влажное плечо и вздохнула. Если Аверин чего-то хочет, упираться бесполезно. Придется фотографироваться, а значит, будет свадьба.

— Хочешь, я имя и фамилию сменю?  — спросил муж.  — Будем Аверины.

— Не хочу,  — мотнула она головой,  — я же твоя, Климова.

Муж сдавил ее так, что она только пискнула, он испуганно ослабил объятия.

— Клим, в тебя правда стреляли?

— Да. Но так надо было,  — Клим приподнял ее и заглянул в глаза,  — ты чего? Уже все прошло, перестань. Мы сыграли как по нотам, Асмоловский прокололся, зато я его посадил.

— И как Костя мог это допустить? Как он позволил?

— Так он со мной в одной машине ехал, любимая, конечно одному бы не позволил.

Они снова замолчали.

— Что мне нужно сделать, чтобы тебя удержать?  — вдруг спросил Клим, спрятав лицо в ее давно рассыпавшейся прическе.

— Удержать?  — Катя было привстала, но он потянул ее обратно к себе.

— Да. Сколько раз я вот так держал тебя в руках, думал все, ты моя, а ты снова ускользала. Я и женился на тебе, ты стала матерью моих детей, а все равно как вода сквозь пальцы… Что мне сделать, Катенька?

Она снова почувствовала, что глаза предательски увлажняются и уткнулась ему в шею.

— Просто люби меня, Клим. Просто люби. И я тебя буду любить.