Ей было видно, как слабый прямоугольник освещенного окна отражался на поверхности бассейна, но ни окно, ни Клима ей видно не было. Как и сам Клим не мог видеть сидящую на подоконнике Катю.

Она просидела там, пока не погас желтый прямоугольник и не стукнула створка на верхнем уровне. И только тогда сама сползла с подоконника и закрыла окно. Уже лежа в кровати вдруг отчетливо поняла, что Клим больше не придет к ней и по-настоящему пожалела, что оба приходящие тогда Клима не были снами.

* * *Катя проснулась совсем рано, когда только рассвело, спать больше не хотелось.

Можно было пойти поплавать в бассейне, но выглянув в окно, она увидела, что у бассейна уже отирается ее супруг. Ну как отирается, вообще-то он отжимался. Увидев Катю, поднял вверх руку, махнул ей, а на второй отжался. В ответ она кивнула и отошла вглубь комнаты. Конечно, он рисуется. И конечно, она впечатлена, еще бы. Этого вполне достаточно.

Покружив по комнате, вспомнила о документах и полезла в сейф — лучше поздно, чем никогда. На папке с документами лежала высохшая роза, даже сейчас Катя помнила, какого она была цвета. Загранпаспорта ее и детей, ее паспорт и свидетельства о рождении малышей.

Климов Матвей Александрович и Климов Иван Александрович. Мать: Климова Екатерина Дмитриевна. Отец: Климов Александр Арсентьевич. Да уж…

Закатывающий глаза Костя был чрезвычайно сдержан в выражениях. Утешало одно, узнай она все раньше или узнала она сейчас, большой разницы уже не было. Покрутила в руках файл с брачным контрактом и сунула обратно в сейф. Ее и раньше не сильно он интересовал, а теперь и подавно."

"Они столкнулись с Климом в кухне, Катя варила кашу, а Матвейчик катал Ваню на стульчике для кормления.

Клим вошел с террасы мокрый, явно только из бассейна, и удивленно остановился, обнаружив все свое семейство проснувшимся.

— Доброе утро. А где Диего? — спросил он Катю и сморщил лоб, потому что старший сын решил протаранить отца младшим братом. Клим поймал мальчика и поднял его на руки. — Доброе утро, сынок. Не надо меня давить.

— Я сама готовлю детям завтрак, а Диего кормит персонал, — объяснила Катя, — мы так договорились.

Клим кивнул и, перебросив Матвея через плечо, подошел к холодильнику, а она огромным усилием воли заставляла себя не смотреть на его упругие рельефные мышцы, расчерчивающие тело как на иллюстрации к анатомическому справочнику.

А особенно на две косые, спускающиеся к резинке мокрых плавательных шорт, которые облипали тело, совсем не оставляя места для фантазии. Какая уж тут фантазия, когда и так все видно.

Она вовремя опомнилась и отвернулась, поспешно выдыхая, но все равно ощущение были такие, что Клим все понял, оттого щеки запылали, и на них вполне можно было приготовить еще один завтрак.