Всё так буднично. И это странным образом успокаивает меня. Словно ничего не поменялось. Я не раскрывала тайну моего дара, а Рейв вот-вот появится в дверях столовой.

Вчера, а точнее, уже сегодня, я очень поздно легла спать. Разговор с опешившим от таких гостей Алдертом затянулся на пару часов. Я предлагала сразу отправить родственниц домой, ведь у ректора есть полномочия открывать порталы. Но господин Фрёист почему-то решил разместить бабулю и Лару в той комнате, которую мы занимали, когда только прибыли в академию. Хотя чему я удивляюсь? Бабушка умеет найти ключик к любому мужскому сердцу. А ещё Алдерта очень заинтересовал пробойник Лары, которым она вскрыла охранный периметр Илларии. Расспросы были настолько подробными, что Арм под конец разговора начал скрипеть зубами и буквально силком проводил шпионок в выделенную для них спальню.

Я очень надеюсь, что у принца эти собственнические порывы только из братских побуждений. Лара же совсем крошка! Да и Миррали никто не отменял.

Украдкой смотрю на подругу. Принцесса поддерживает непринуждённую беседу с сидящими рядом Армом и Клео. Гор, как обычно на завтраке, с головой погружён в трактат о конструировании сканирующих механизмов. Отлично, все выспались. Кроме меня!

Тоскливо ковыряюсь в овсяной каше, в которую Мирра щедрой рукой насыпала фруктов. Машинально переставляю тарелку, когда сверху сыплются очередные крошки нектара.

—  Этот детский сад не планирует завтракать на свежем воздухе? — ворчливо интересуется Лери, стряхивая радужную пыльцу с волос.

—  Шуш думает, что таким образом он спасает нас от присутствия Пелагеи. — Зевая, я бросаю взгляд наверх.

Всю площадь потолочных балок занимают бабочки. Как те самые монархи, укравшие сердце шушарика, так и многочисленные дети Шуша. Почему-то мотылёк решил, что всё его семейство должно принимать пищу вместе с нами. Но я не возражаю: это действительно помогает избегать княжну.

—  Ну, вообще-то, Пелагея уже давно принимает зелье против аллергии, — произносит Гор, не отрываясь от записей. — А на днях ей должны доставить артефакт, отпугивающий бабочек.

—  Это не опасно для Шуша? — тут же вскидываюсь я, беспокоясь о здоровье любимца.

—  Нет, конечно, — хмыкает Гор, почёсывая бровь и перелистывая страницу. — Я ж его сломаю.

Он говорит это так спокойно, будто мы погоду обсуждаем. Переглядываюсь с резко притихшими друзьями, в глазах которых читается удивление и восхищение.

—  Вы однозначно плохо на него влияете, — выговаривает нам Клеона.

—  Мы однозначно приведём его к успеху, — парирует Арм.

—  Если я раньше с вами не свихнусь, — улыбается песец, наконец-то откладывает книгу и со вздохом принимается за завтрак.

—  Или слягу с несварением желудка.