- Мягким должен быть батон у бутерброда с икрой, а все остальное – нет. Кстати, спасибо, что напомнил, - достает ручку из кармана пиджака и ставит крестик на запястье. - Надо позвонить на горячую линию. Батон, который я всегда покупаю, сегодня утром оказался на редкость черствым. Явно дату перебили, мудилы.

- Я тебя просил не выражаться при мне.

- Это даже не мат. Тем более, сам материшься, давай без святого нимба над головой.

- Мужчинам – позволительно, женщинам – отвратительно.

- Жене своей будешь такое говорить. Кстати, я тебя через пару часов поздравлю. Подарок заказала.

- Мне уже бояться?"

"- Ни в коем случае. Я дарю только прекрасные и нужные подарки. Давай начнем с документов, которые тебе надо будет подписать, а потом пройдемся по комплексам.

- Нет, - спокойно бросаю я, выходя из лифта. - В течение ближайшего часа я буду занят. Потом – весь твой.

- Ну мне надо, чтобы ты подписал документы сейчас.

- Через полчаса. Я говорю – ты делаешь. И больше это не обсуждается, - жестко проговариваю на ходу, не оборачиваясь на Анжелу. - Я сам к тебе приду, - вдогонку бросаю я, набирая код на двери в кабинет.

Глава 5

Усаживаюсь за стол и, недолго думая, включаю компьютер. Как бы я себя ни убеждал, что это все сделано с целью безопасности, где-то глубоко внутри я понимаю, что это не так. Так же, как и понимаю, что все это ненормально и так делать нельзя. Хотел бы я стать объектом наблюдения по камерам, не зная этого факта? Безусловно, нет. Непорядочно, пошло, отвратительно. Да – это так. Вот только не могу себе отказать в этом хотя бы сейчас. Только сегодня. Только сегодня и совсем немного – мысленно повторяю себе до тех пор, пока на одной из камер не замечаю Соню, направляющуюся к спальне. Не один раз и не немного. Кого я на хрен обманываю? Буду смотреть каждый день, хорошо, если только полчаса.

На Соне по-прежнему белое платье, единственное, что изменилось – это прическа. Вместо распущенных волос – она заколола их в небрежный пучок. Так тоже хорошо. Я всякое ожидал увидеть, но точно не то, как она снова потянется к лежащей на кровати кошке.

- Убью, - сквозь зубы проговариваю я, закипая от осознания, что она ведет себя хуже самого капризного ребенка.

И только спустя несколько секунд я осознаю, что Мари не нападает на нее. Она… ест с ее руки.

- Ну вот. Я же говорила, что мы подружимся. Только давай чуть-чуть умерь аппетиты, Машенька. У твоего папы оказалась всего одна упаковка этого замечательного сыра, - улыбаясь, произносит Соня, при этом поглаживая кошачью спину.

Сыр, мать вашу. Сыр! А ведь жидкий «подарок» вечером придется убирать мне. Сам виноват – указаний не кормить кошку молочкой не было.

- Не огрызайся, пожалуйста, больше. Я, правда, хорошая и добрая.