— Все в порядке? Ты какая-то напряженная, — ровным голосом спрашивает он.

— Да. Все хорошо. А ты когда в город возвращаешься? — стараюсь говорить уверено.

— Не терпится избавиться от меня?

— Да нет, я просто это… ну, скоро стемнеет, волноваться буду за тебя, — вру безбожно и наконец-то встречаюсь с ним взглядом.

Кажется, он смеется надо мной. В глазах искринки, уголки губ приподняты, пристально наблюдает за каждым моим движением. Он сидит на стуле, расслабленно откинувшись на спинку, ногу забросил на ногу, руки скрещены на груди. Ну точно все слышал!

— Там еще дров на несколько дней осталось, вот как закончу с ними, так и уеду.

— Максим, что все это значит? — шиплю я, не понимая, что за игру он затеял.

— Неужели до сих пор не поняла?

Я хочу спросить, что именно, но в этот момент возвращается бабушка и я замолкаю."

"Обед проходит в напряжении, в основном разговор ведут Максим и бабуля, я за столом вообще чувствую себя лишней. Оказывается, нам еще нужно прополоть картошку, и Максим, конечно же, вызывается помочь и с этим. Я вспоминаю наш огород и понимаю, что в лучшем случае он застрянет здесь на неделю. А потом вдруг начинается жуткая гроза, несмотря на то что еще несколько минут назад на улице было солнечно и ни единого намека на тучи.

И если до этого момента у меня и была надежда на то, что Дмитриев сегодня уедет, то вот сейчас она рассеялась.

Молнии, гром, стена дождя — в такую погоду садиться за руль самоубийство. Ощущение, что все в сговоре: бабушка, Макс и даже погода, — но не скажу, что я очень сильно расстроилась. Просто не знаю, как вести себя с мужчиной, о чем говорить. Раньше у меня никогда не было с этим проблем, а вот с Максимом каждый раз так.

Робею, словно школьница, и чувствую себя безумно глупо. Из-за этого нервничаю и злюсь на себя.

Когда на улице темнеет, а гроза все так и властвует, я выделяю Максиму свою прежнюю комнату, стелю постельное белье, выдаю новое мыло и чистое полотенце.

— Только переодеться не во что, прости, у нас больше двадцати лет в этом доме не было мужика, поэтому вещей тоже нет, — нервно улыбаюсь я, оставаясь с ним наедине в ванной комнате.

— Дай мне дождевик или зонт, я смотаюсь к машине, там должна быть спортивная одежда какая-то для зала, переоденусь в нее.

— Сейчас. — Я делаю шаг вперед, но Максим внезапно загораживает мне проход. Становится близко-близко. Вплотную. Я чувствую на своей коже его горячее дыхание. Замираю. В ноздри ударяет аромат его парфюма вперемешку с его мужским запахом. Он наклоняется ко мне, проводит носом по шее. Вокруг становится оглушительно тихо, словно все в один миг перестает существовать, кроме нас двоих. Я делаю рваный вдох и чувствую, как по всему телу проходят мурашки.

Всего секунда, и Максим внезапно отстраняется от меня.