Оторопело беру букет в обнимку — иначе никак. Тут не меньше двух сотен цветов. Замечаю среди тугих бутонов записку, присаживаюсь на стул и даже не пытаюсь сопротивляться, когда Хаби заинтересовано дергает за лепестки.

«По одной за поцелуй. Ветер».

Я снова и снова перечитываю написанные от руки строчки, а тем временем в дверь звонят снова, и охранник несет еще один букет.

«Кажется, поцелуев было больше. Ветер».

Люба в шутку причитает, куда же нам девать эту красоту, и что в этом доме даже нет нормальной человеческой десятилитровой кастрюли. Я смеюсь, Хабиби сует нос в цветы и пытается попробовать их «на зуб».

"

"Но и это еще не все. В третьем букете записки нет, поэтому я беру телефон и делаю то, о чем мечтала все утро: я пишу сообщение. «На третий букет, Ветер, мы как будто не нацеловались». Он отвечает почти сразу: «Это авансом, за сегодня. Буду в восемь. Распусти свою косу, Рапунцель».

А еще через полчаса в доме появляется гость — мать Наиля.

Кроме того раза, когда мы с Наилем столкнулись с ней в детском магазине, я видела ее еще дважды. Точнее, один раз слышала — в ночь, когда Ветер забрал нас с Хабиби к себе, и на прошлой неделе, на прогулке.

Уверена, что в тот раз она появилась не случайно и встреча была согласована с Наилем — уж очень спокойно они друг на друга отреагировали. Женщина немного поиграла с Хабиби под пристальным надзором Наиля и моим встревоженным взглядом, и молча уехала, сделав вид, что меня не существует. Ее игнорирование меня было настоящей одой презрению, но я не сорвалась, мысленно уговаривая себя не реагировать на очевидную провокацию.

Сегодняшний визит явно незапланирован: вряд ли Наиль хотел, чтобы мы с Хабиби остались наедине с женщиной, которая не питает ко мне ни грамма уважения.

У меня даже появляется мысль написать ему, но я остановила сама себя. Ябедничать в моем возрасте как-то не хорошо.

Честно говоря, несмотря на неприязнь, я не могу не признать, что эта женщина умеет себя подать: красивый костюм, элегантные украшения, прическа, как только что из салона. Подтянутая и стройная, как для своих лет. Вот только стоит ей посмотреть на меня своим непроницаемым взглядом, как мне сразу хочется схватить Хабиби в охапку и спрятать дочь подальше. Максимально далеко, там, где Карине ее не достанет.

Но я молча сижу на диване в гостиной, делая вид, что происходящее — лишь визит бабушки к внучке.

Проходит добрых полчаса, прежде чем Карине нехотя начинает разговор.

— Я бы хотела повести Хабиби на прогулку, — говорит она без вступления.

— Нет, — спокойно и твердо отвечаю я, радуясь, что в этот момент Хабиби рядом и, под предлогом поправить ей хвостики, я могу задержать дочь рядом.

— Я не спрашивала, — произносит Карине. Ее голосом можно заправлять баллоны для искусственной заморозки.