Он в Питере даже ездил к врачу. И мне жаловался, что сердце пошаливает. А почему вы спросили?

– Просто Лев Николаевич мне симпатичен, и я беспокоюсь о его здоровье, – удивилась я. Мстислав вроде бы тоже удивился, но возражать не стал.

– Он завещание составил, – немного подумав, сказал он. – Я очень удивился. То есть удивляться совершенно нечего, богатому человеку следует позаботиться о своих деньгах, но раньше он об этом даже говорить не хотел и вдруг…

– А кому завещал свои деньги Лев Николаевич? – спросила я.

Мстислав, как ни странно, отвечал охотно:

– Основные деньги пойдут фонду, очень крупную сумму получит Олимпиада Назаровна, при условии, конечно, что переживет Леву, солидные деньги клинике, где содержится брат Левы, ну и небольшие суммы родственникам, женщинам, которые были близки Леве, мне, Руслану… Олегу все акварели в квартире Левы в Питере.

Олег очень любит живопись, и Лева решил, что это отличный подарок.

– А Руслан сколько получит? – навострила уши Женька.

Мстислав взглянул на нее с некоторым изумлением, после чего улыбнулся.

– Нет, что вы, при чем здесь Руслан? Сумма для него совершенно незначительная, это чисто символический дар.

Они с Левой сопредседатели фонда. Руслан очень богатый человек.

– Да? – подняла брови Женька. – А что это за фонд такой?

– Я не занимаюсь делами фонда, – сразу же посуровел Мстислав, и это показалось мне занятным. Подружка, нимало не печалясь, продолжала настаивать:

– Но название у этого фонда есть?

– Конечно. «Эра милосердия».

Мы дружно присвистнули.

– Звучит впечатляюще, – кивнула Женька. – Значит, основные денежки идут в фонд, а родственники и друзья получают кое-какие суммы.

– «Кое-какие», – передразнил Мстислав.

 – Речь идет о весьма внушительных суммах. Например, клиника получит не только разовую выплату, но и солидное пособие на развитие. Сумма более чем приличная, скажу я вам.

– Очень мило, что Лев Николаевич так заботится о брате. А лично ему он ничего не оставил?

– Нет, – несколько смутившись, ответил Мстислав. – Дело в том, что Константин вряд ли сможет покинуть клинику.

– Что, дела его так плохи?

– Боюсь, хуже некуда. Он даже Леву не узнает, сидит целыми днями, уставившись в одну точку. Абсолютная деградация.

Первоначально Лева собирался все завещать брату, но посоветовавшись со специалистами… в общем, его убедили, что никаких надежд питать не стоит. Родной дядя Левы умер в сумасшедшем доме. Видимо, в семье есть предрасположенность к безумию, и Костя как раз…

– А у самого Кости были какие-то деньги?

– У Кости? – Мстислав вновь удивился. – Нет, конечно. Откуда? Он только-только закончил училище, женился и… случилось это несчастье. Отец не оставил им ничего, кроме дома-развалюхи на этом острове, да и тот сгорел.