— Не беспокойся об этом, дорогая, — подбодрил меня утром супруг. — Я почти всю жизнь провел в столице, но до сих пор не знаю многих из тех, кто будет у нас на балу.

Для меня этот бал был чем-то похож на мой первый бал в Арвитании — тот, что состоялся в поместье. Но на этом балу у меня было всё-таки на один повод для волнения меньше. Я научилась танцевать! Конечно, я освоила отнюдь не все танцы, какие были в моде в Валье-де-Брава, но некоторыми из них я овладела довольно уверенно. Одним из них мы с Бернардом как раз и откроем бал.

И на этот раз у меня тоже было роскошное платье — немыслимо красивое и дорогое. Мне было даже немного неловко его надевать. Оно было нежно-салатового цвета, и с ним прекрасно сочетался изумрудный гарнитур.

Я обратила внимание, что многие барышни и дамы тоже старались поразить окружающих своими нарядами, но ни один из этих туалетов всё-таки не смог соперничать с моим.

Когда я увидела на лестнице младшего брата, я едва сдержала себя, чтобы не устремиться ему навстречу. Нет, во время таких церемоний было не принято проявлять родственные и дружеские чувства — разве что моя адресованная ему улыбка была более широкой и тёплой. И пусть мы не были родными по крови, я испытывала к Норману вполне сестринские чувства.

Мы послали ему приглашение раньше, чем другим гостям, учитывая большое расстояние между столицей и Лас-Варасом. Я не была уверена, что брату дадут увольнительную, и он сумеет приехать к нам, а потому видеть его теперь было особенно радостно.

Так же тепло я поприветствовала и Гертруду с Антуаном. Было заметно, что оба они чувствовали себя здесь довольно неловко — до этого дня они не были вхожи в высшее общество, но я надеялась, что они быстро освоятся.

Прибыл на бал и граф Шортер. Правда, когда он поздоровался с нами и поцеловал мне руку, он предупредил, что вскоре вынужден будет удалиться — он еще не вполне пришел в себя после ранения.

Наконец, заиграла музыка и был объявлен первый танец, и мы с Бернардом вышли в центр зала. Первое па оказалось самым волнительным, но чем дальше лилась музыка, тем свободнее я себя чувствовала. И мы порхали по паркету и не замечали уже ничего вокруг.

И потому когда музыка прервалась, я несколько мгновений не могла понять, что же случилось. Танец еще не должен был закончиться!

— Его величество Дамиан Пятнадцатый, король Арвитании и сопряженных княжеств! — торжественно возвестил церемониймейстер.

А я едва не лишилась чувств.

С какой целью он прибыл сюда? Чтобы познакомиться со мной? Или чтобы ясно дать понять, что он никогда меня не примет?

Но когда король вошел в залу, и я увидела на его лице доброжелательную улыбку, то сомнений у меня не осталось, и когда пошли ему навстречу, я уже почти не дрожала.