Запах алкоголя на ее щеке… Как же он пьян…

–Знаешь, бабочка, как мы любим развлекаться с Анваром?

–Нет,– сдавленно ответила она, подавляя слезы. Было понятно, ничем хорошим их разговор не закончится…

–Мы любим трахать вместе телок.

Оксана подняла на него ошарашенный взгляд.

– Да, ты не ослышалась. Мы берем одну или несколько телок на двоих и трахаем их вместе. Иногда по очереди, иногда одновременно- вставляя в рот и в задницу, иногда устраиваем сучкам двойное проникновение, это когда один из нас здесь,– он сдавил ее вагину,– а другой-здесь,– теперь он сильно сжал одну из ее ягодиц

Лицо Оксаны покраснело. Щеки горели. Она не могла предположить…

–А теперь подумай, о чем он думал все время вашей милой светской беседы, пока я, как ты говоришь, «ехал»…

Девушка понуро опустила голову. Микаэл строил разговор и аргументацию так, что ей не осталось никаких аргументов контра. И она правда ловила на себе заинтересованные взгляды Анвара… Но даже помыслить не могла…

–Теперь марш вниз. Принеси мне одну из ракеток, которые ты сжимала в руке, когда играла с ним. Быстро. У тебя две минуты…

Оксана, как ошпаренная, устремилась вниз, даже не думая, что он задумал… Лишь бы вырваться хотя бы на секунду из его захвата, вздохнуть воздуха… В голове отбивали его слова про них с Анваром… про их развлечения… про…

Когда Оксана вернулась наверх, крепко сжимая в руке ракетку, Микаэл успел переодеться. Снял джинсы, надел свободные домашние штаны, легкую футболку. В его руке снова был бокал виски. Он продолжал пить… Нехороший знак…

–Проходи, что встала в дверях. К креслу.

Оксана нерешительно выполнила его приказ, замявшись, не зная, что делать дальше. Но долго пребывать в догадках ей не пришлось. Он резко надавил на ее спину, заставив прогнуться в талии и вытянуть ноги ровно. Оксана почувствовала, как низ ее платья был задран до талии, а потом так же резко спущены почти до щиколоток трусы.

–Ты же хотела внимания к своей заднице. Считай, ты его получила, теннисистка, -сказал хрипло, со всей силы ударив ракеткой по ягодице.

Он бил долго и размеренно. Это могло казаться сексуальным и возбуждающим в самом начале, но когда оба полушария Оксаниной аппетитной задницы приобрели ярко-красный, почти бордовый оттенок, а она перестала умолять, просить, кричать, стонать, а лишь тихо и жалобно скулила, он понял, что урок усвоен…

Отбросил ракетку, провел по ягодицам. Они были горячими… В прямом и переносном смыслах слова. По телу пробежала жгучая волна возбуждения.