Любил слушать ее духи, трогать ее платья, смотреть на ее косметику и украшения. Он не позволял себе ничего выходящего за пределы этого немого детского восторга, да и не знал, что такое возможно, но вот эта скрытая природная тяга к объекту своего обожания в нем неизбежно была. В один из таких дней, услышав приближающиеся к комнате шаги и быстро спрятавшись в шкафу, он стал свидетелем картины, на несколько лет перевернувшей его сознание.

В спальню буквально влетела Влада, а за ней Васель. Оба нарядно одетые. В доме был какой – то банкет, поэтому женщина была в красивом синем бархатном платье в пол с разрезом, а Васель в смокинге.

– Нет, Васель, нет, не сейчас, –  зашептала Влада, но ее слова остались без внимания. Муж с силой прижал ее к себе, яростно впиваясь в губы.

– Еще как сейчас. Хочу сейчас –  значит будет сейчас, –  прорычал в ответ Увейдат.

Она со стоном попыталась увернуться, но он лишь припечатал ее своим телом к кровати, резко задрал платье, оголив ее ноги.

– Слишком большой разрез. Выглядишь как шлюха, а не как жена премьер – министра, –  снова накрыл ее рот грубым поцелуем, –  значит и трахну тебя, как шлюху.

Анвар не понимал, что происходит, но явно что –  то дикое, страшное, животное. Видел, как Васель силком раздвинул ноги Владе, буквально закидывая их на плечи и толкаясь, от чего женщина издала странный, какой –  то болезненный стон и выгнулась.

–  Вот так, намного лучше… Покорная девочка, как я люблю… –  снова жесткие толчки, каждый из которых выбивает болезненный стон из Влады… она вроде как сопротивляется, а вроде и нет… с силой сжимает плечи мужа через белую рубашку, вонзаясь в него ногтями через ткань, выгибается…

Васель напоминал какого –  то хищного зверя из передачи «Национальной географии». И дело было даже не в его зверином рыке при каждом толчке, не в том, как сильно он сжимал тело Влады, словно свою добычу, как кусал красивую грудь, небрежно опустив лиф платья к поясу… дело было в его взгляде. В нем Владе уже давно был выписан приговор… тогда Анвар не понимал синей темноты его глаз, обращенных в самое сердце женщины, распластанной под ним. Потом, с годами, он и сам узнает, что означает такой вот взгляд…

–  Чтобы больше не смела флиртовать с этим ливанским мудаком! –  шепчет сквозь зубы Васель, вбиваясь в нее все сильнее, –  Зубы повыбиваю ему прямо при тебе, а потом заставлю при нем мне отсосать, поняла?"

"–  Что ты несешь, Васель?! –  она выдыхает полу раздражённо, полу самозабвенно. –  Мы говорили о текущем кабинете министров и моей книге…аааах –  ее слова прерываются очередным неконтролируемым всхлипом…

Анвар больше не выдерживает. Нет сил смотреть на то, как Васель делает плохо и больно столь боготворимой им, Анваром, женщине.