А первый — нетерпеливо ожидающий отчета и муассанитов заказчик и потенциальный предатель-посредник, с которым тоже нужно разобраться.

Стоило нам оказаться в коридоре, как Эрида пошатнулась и чуть не сползла на пол. Я ее еле удержала.

— Боги, как я испугалась! — пролепетала она, обмахиваясь ладошкой. — Думала, меня отчислят!

— Никто никого не отчислит, — фыркнула я. — Разве что после окончания года. Куда они тебя денут сейчас, если связи с землей нет? Глупости какие.

— Но в уставе сказано…

— Это пугалка для особо ретивых, — успокоила ее я. — Чтобы не безобразничали откровенно. Да и быть отчисленным в конце курса немногим лучше, чем в середине, поверь мне. Недоучкам на работе не рады, так что лучше не доводить до крайности.

— Ты права. Конечно, ты права, — пролепетала девушка. Она все еще была бледна и цеплялась за меня, как за спасательный круг, но уже не шаталась былинкой. — Но, пожалуйста, давай больше не пойдем к обрыву?

— Хорошо, — легко согласилась я.

Потому что мне там действительно больше нечего делать. Я убедилась, что банально спрыгнуть с края невозможно и придется искать обходные пути.

Когда мы переступили порог общежития, на улице окончательно стемнело, а заведующая наградила обеих по очереди весьма красноречивым взглядом. Мол, я надеялась, что вы приличные, а вы…

Эрида покраснела снова, хотя, казалось бы, лимит на сегодня исчерпался. Но нет. У моей соседки потрясающий запас скромности. Надеюсь это не заразно!

В комнате нас хватило лишь на то, чтобы переодеться, привести себя по очереди в порядок и упасть в постель. Я старательно изображала умирающую лебедь и выждала не менее получаса, прежде чем с соседней кровати донеслось умиротворенное посапывание. После чего устроилась поудобнее и размотала многослойный браслет из мелких шариков, издалека напоминающих жемчужины. На самом деле каждый представлял собой управляющий артефакт, связанный с одной из следилок.

Осталось выбрать, какую из них я собираюсь использовать в качестве шпиона первой.

Пальцы привычно пробежали по цепочке, перебирая бусины как монахиня — четки.

Основное отличие в том, что цели у меня совершенно не благонравные.

Глава 6"

"Прикрыв глаза, я сосредоточилась на изображении, транслируемом с микроскопических шпионов. Те, что в кабинете, пока трогать не буду. Вдруг у ректора бессонница или завал документации и он засиделся, а тут я со своими блестелочками? Глаза у мистера Айзенхарта как у матерого хищника, мигом заприметит неладное.

Начнем с коридора.

Так-с, что тут у нас?

Послушный моей воле, шарик выкатился из убежища — трещины в камне — и шустро понесся, чуть подскакивая на ухабах. Здесь я уже была, ничего интересного: коридор, двери, зарешеченные окна, как в хорошей тюрьме.