Разве можно злиться на человека за то, что он из кожи вон лезет, лишь бы не превратиться в скотину, оккупировавшую табурет у стойки? Джоуи боялся, что мы повторим судьбу его родителей, боялся уподобиться отцу и делал все возможное, чтобы этого не случилось.

Ради меня.

Зря он сказал по телефону, что любит, лучше бы промолчал, но, положа руку на сердце, я почувствовала, что от его слов боль в груди поутихла.

Самую малость.

— Ты не беременна? — огорошила в пятницу вечером мама, стоило мне переступить порог.

— Чего-чего? — Я уронила сумку на кухонный стол и, раскрыв рот, уставилась на нее.

— Ты не беременна? — повторила она, отставив утюг. — Ифа, расскажи, не бойся. — Мама вытерла ладони о брюки и, выбравшись из-за гладильной доски, шагнула ко мне. — Никто не собирается устраивать тебе взбучку. Но чем скорее это выяснится, тем лучше.

— Ничего я не беременна, — огрызнулась я, стягивая пальто и вешая его на спинку стула."

"— Но ведь ты живешь половой жизнью.

— Господи. — Я со стоном сбросила туфли. — Ты можешь выражаться по-человечески?

— Ты занимаешься сексом.

Мой взгляд был само негодование и оскорбленная невинность.

— Даже если бы я занималась сексом, хотя это ни разу не так, я ведь пью противозачаточные, забыла? Сама же водила меня к гинекологу четыре года назад.

— Да, водила. Чтобы тебе было полегче во время месячных, а не чтобы ты бежала заниматься сексом с Полом.

— Никто и не занимался. — Я застенчиво пожала плечами и добавила: — С Полом.

— Зато сейчас ты занимаешься, — ободряюще улыбнулась мама. — С Джоуи.

— Ничего подобного, — фыркнула я.

Мама выразительно подняла бровь:

— По-твоему, я вчера на свет родилась? Это отцу ты можешь пудрить мозги, юная леди, а мне не надо. Еще скажи, вы вышивали крестиком, когда он оставался у нас с ночевкой.

— О боги...

— Тут нечего стыдиться, — не унималась мама. — В конце концов, вы давно вместе. Милая, я не злюсь, просто беспокоюсь за тебя.

— Допустим, мы занимаемся сексом, — выдавила я, пунцовая от смущения. — Ну и что с того? Мам, мне восемнадцать лет, а не четырнадцать.

— Ничего, — напряженно откликнулась мама. — Спасибо, что рассказала.

— Э-э... пожалуйста?

— Секс, надеюсь, безопасный?

— Я пью противозачаточные, — протянула я. — Куда еще безопаснее?

— Например, с презервативами.

Я поморщилась: до того было неловко.

Мама в ужасе округлила глаза:

— Ифа!

— Ну что? — всплеснула я руками. — Мы предохраняемся.

— То есть ты принимаешь таблетки каждый день в одно и то же время? — с тревогой выпытывала мама. — Точно по графику?

— Не понимаю, к чему ты клонишь? — ушла я от ответа.

— К тому, что ты стала раздражительной, целыми днями торчишь в своей комнате, ешь за двоих и готова в любую минуту разрыдаться.