— На каждом квадратном дюйме.

— Дюймы быстро закончатся, учитывая площадь нашей квартиры.

— Где будет полно мышей.

— И сырости.

— И лютого треша, — с улыбкой подхватила Моллой. — Продолжай.

— Со временем мы разоримся на двушку.

— На двушку?

— Ага, — хохотнул я. — Надо же где-то кантоваться моей сестре и братьям. Зачем травмировать детей нашим бурным сексом?

— Звучит заманчиво, — засмеялась Моллой. — Значит, мы усыновляем твоих мелких?

— А куда деваться? Это как акция в магазине: берешь одного и получаешь еще четверых в комплекте.

— Как вариант предлагаю выселить твоих родителей и забрать себе дом, — пошутила она.

— Не искушай меня, — простонал я, пряча улыбку. — Короче, с будущим мы определились: нас ждет однушка в Баллилагине и перспектива стать родителями в восемнадцать.

— Родителями? — изумилась Моллой.

— Ну да. Помнишь, ко мне в довесок идут еще четверо.

— А, ты про братьев и сестру.

— Ну а про кого же?

— Точно, — засмеялась она. — Ты такой предусмотрительный.

— Какие-нибудь опасения? — игриво протянул я, убирая ей за ухо белокурую прядь.

— Никаких опасений. — Моллой спрятала лицо у меня на груди и крепко обняла. — Вариант просто сказочный.

38

БУДЬ СО МНОЙ

ИФА

Джоуи нашел нужные слова, подобрал ключик к моему сердцу, и в итоге мы снова очутились в одной постели.

Наша одежда в беспорядке валялась на полу, губы жадно впивались друг в друга. Устроившись сверху, Джоуи проникал в меня глубоко-глубоко, заполняя почти до боли и лишая всякой надежды на возможность существовать без него.

Его семья рушилась, а он, вместо того чтобы получать мою поддержку, поддерживал меня.

"Теряя рассудок от гормонального сбоя, я стискивала его плечи, вонзала ногти в кожу, пока он наращивал темп, прямо пропорциональный жаркой волне, растекающейся по моему телу. Привстав на колени, он сжал мои бедра и усилил натиск, с каждым разом двигаясь все стремительнее, яростнее.

Но, даже изнемогая от наслаждения, я чувствовала, что вот-вот разрыдаюсь от переизбытка эмоций и страха перед будущим. Больше всего на свете хотелось, чтобы он держал меня и не отпускал: слишком зыбкой становилась почва под ногами, все дальше меня оттесняло к краю пропасти под названием «материнство», и это пугало до жути.

— Все нормально, королева? — Тяжело дыша, Джоуи навалился на меня грудью и закинул мою ногу себе на талию, увеличивая угол проникновения. — Ты со мной?

— Конечно, — энергично закивала я и, притянув его лицо к себе, поцеловала в губы. — Я с тобой, жеребец.

— Люблю тебя. — Его губы впились в мои, язык скользнул в рот, а наши тела слились воедино.