И мой парень лежит на мне и смотрит на меня как на идиотку.

– Дети, вы собираетесь спускаться? – голос Скарлетт звучит близко, даже слишком.

Я не додумалась закрыть дверь, поэтому, когда она замирает на пороге, то видит, как ее полуголый сын лежит на мне, а моя вельветовая короткая юбка задралась, полностью оголяя бедра.

– С ума сошли?! – шепчет она, всплескивая руками. – Хоть бы дверь прикрыли, вдруг Зоуи увидит.

– Мы не… – Пытаясь опустить край юбки, я, кажется, ставлю ногтями зацепки на капроновых колготках. – Мы ничего… Мы тут просто разговариваем.

– О блоках, – говорит Сойер, продолжая лежать на мне. – Показываю Райли, что делать, если на нее напали таким образом.

Я действительно остро нуждаюсь в уроках самообороны от Сойера. И как я раньше не додумалась взять парочку занятий?

– Спускайтесь, поешьте, а потом блокируйте все, что вам угодно. – Раскрыв дверь шире, Скарлетт пятится в коридор. – Я жду. Живо! Дом полон гостей.

Во главе стола снова сидит Хэнк, но в этот раз Зоуи не бунтует, отказываясь от еды, хоть и выглядит мрачной. Папа, не скрывая осуждения к безалкогольному пиву, оставляет стакан нетронутым, зато с удовольствием доедает уже вторую порцию индейки.

Сойер сидит рядом со мной, его колено под столом касается моего, и от этого простого прикосновения моя нога горит до самого бедра. Сидящая напротив Хлоя явно замечает, что со мной что-то не так. Уверена, ей не терпится дождаться окончания ужина, чтобы завалить меня кучей вопросов.

– Я благодарна своим прекрасным детям за терпение, любовь и понимание, – говорит Скарлетт, ее глаза влажные от слез. – Благодарна за прекрасных друзей и соседей.

И конечно же благодарна Хэнку за то, что указал мне путь к вере и исцелению.

– А я благодарен за то, что вы позволили мне разделить с вами этот стол. Давненько я не отмечал этот праздник в теплом кругу семьи. Обычно мой праздничный ужин состоит из сухого сэндвича с индейкой, – посмеивается Хэнк.

– Кстати, как давно закончились твои последние отношения, Хэнк? – как бы невзначай спрашивает мама, явно пытаясь помочь подруге устроить личную жизнь."

"Все присутствующие благодарны за стол, а я – за то, что произошло в комнате Сойера.

От воспоминаний о его словах и прикосновениях кусок в горло не лезет, поэтому я без остановки вожу нанизанный на вилку ломтик брокколи по тарелке. Интересно, если я, как полная идиотка, промолчала и ничего не ответила, мы не считаемся парой? Или все-таки мы уже мистер и миссис? Это волнует меня больше, чем что-либо.

Мона, вся перепачканная соусом, кричит, требуя десерт. Фелис выходит из-за стола и через пару минут возвращается с альбомом для рисования, фломастерами и горсткой свежих ягод.