Магистр Илетта Агнас, младший наставник и куратор целителей-первогодок, плавно шагнула вперед, опустила руку на голову ящера и успокаивающе погладила. Потом перевела взгляд на дверь, из-за которой теперь виднелся лишь кончик вздернутого веснушчатого носа.

— Что ты хотел, Беден?

— Его архимагичество просил напомнить, что через час совещание, — заторопился парень. — И он ждет полного отчета по его поручению.

— Спасибо, Беден. Иди.

Дверь за адептом закрылась, и нидхэгг тут же вскинул голову, вопросительно заклекотав. Летта не знала, о чем он говорит — обмениваться мыслями со своим питомцем могла только Керри, но и без этого было ясно, чего он хочет.

— Прости, Ленц. Ответа пока нет, не успела написать, — девушка виновато развела руками.

Яшер сердито заскрипел, осуждающе сверкнул глазами, потом переступил с лапы на лапу, нахохлился и снова задремал.

Ленц носил письма от Керрис к подругам и к своим обязанностям относился предельно серьезно. Всегда терпеливо ждал ответа и не позволял заменить себя простым вестником, хотя хозяйка много раз ему это предлагала.

Илетта вздохнула, опустилась в кресло у стола и придвинула к себе чистый лист бумаги.

Так много всего хотелось сообщить Керри, но вместо того, чтобы писать, она вновь и вновь возвращалась мыслями к памятному балу в Ночь всех магов. То, что тогда произошло, давно обросло самыми невероятными слухами и легендами, стало историей, которая до сих пор будоражит воображение романтически настроенных адепток Грэнси. А Илетта все видела собственными глазами.

Она помнит, как Дамиан с Керрис вдруг остановились посреди танца, и все присутствующие тоже застыли, завороженно глядя на пару, вокруг которой вырастала стена из огня и льда. Она поднималась все выше и выше, а потом закрутилась коконом… нет, бутоном гигантского диковинного цветка.

Один удар сердца… Другой… И цветок начал медленно распускаться. А когда лепестки полностью раскрылись, зал ахнул.

Дан и Керри… горели. Рыже-голубое пламя обнимало их, ластилось к коже, но они ничего не замечали — держались за руки и смотрели друг на друга. У Дамиана в волосах не осталось ни одной темной пряди, они посветлели, став почти белыми, глаза приобрели льдистый оттенок. А еще его окутывала аура силы, спокойствия и властной мощи, которую Илетта ощущала почти физически.

Невольно захотелось присесть в поклоне, и Летта совсем не удивилась, когда даймы начали опускаться на одно колено. Стоять остались только Террелл с Брейтоном, но и они почтительно склонили головы.

— Дан, — Керрис, наконец, оторвала взгляд от своего демона и посмотрела на притихший зал. — Ты наследник?

И столько удивления было в ее голосе, что хэссэ не сдержал улыбки."

"— Тебе это не нравится? — лукаво произнес он, наклоняясь к подруге.