Хотя, кто знает, может, в времена командора и такие соревнования существовали?"

"Мы с Дамианом сидели бок о бок на трибуне и внимательно следили за тем, что происходило на поле. А посмотреть было на что. Взрывались, рассыпаясь искрами, файерболы, потоки воздуха распарывали пространство тугими змеиными плетями, водные заклинания приливной волной взмывали вверх, вспучивалась земля под ногами противников, и вырвавшиеся на свободу корни оплетали их ноги. А я смотрела на это захватывающее дух зрелище и думала о том, что все-таки правильно снежные поступили, поставив в одну связку адептов разных факультетов.

Возле защитного купола дежурили наши целительницы и несколько магистров с их факультета. Артефакты, встроенные в контур учебного полигона, во много раз снижали урон, который соперники наносили друг другу, тем не менее, травмы были нередки, и лекари без дела не оставались. Троих адептов успели уже даже унести в лазарет.

— Шакс побери! — раздалось сбоку изумленное, и я, скосив глаза, увидела куратора боевиков. Надо же, и он здесь. Или это Лерой подсуетился и пригласил давнего недоброжелателя на занятия своей команды и оценить уровень достижений? Трудно сказать, о чем думал сейчас магистр Хуви, но вид у него был серьезный и очень сосредоточенный.

Очередная парная дуэль закончилась, зрители зашумели — кто радостно, а кто и недовольно, — и почти сразу же над полигоном разнесся зычный голос Громовержца:

— Нейтон Траэрн — Мартин Берскет.

Боевик выскочил на поле на мгновение раньше партнера. Остановился, гордо выпрямляясь, разворачивая плечи, и зрители одобрительно взревели.

Бессменный победитель ежегодных турниров, лучший из лучших… Я видела, как Нейтон сражается и понимала, у него есть все основания для того, чтобы собой гордиться.

Да и в партнеры ему достался один из сильнейших стихийников, и, насколько я знала, парни за это время успели найти общий язык. Друзьями, правда, пока не стали, но от неприязни успешно дошли до взаимного уважения.

Лерой медленно осмотрел трибуны, будто размышляя, кого бы назначить в соперники таким выдающимся бойцам. Но еще до того, как его цепкий взгляд остановился на нас с Дамианом, я уже сообразила, что он сейчас скажет. Прадед всегда любил смелые эксперименты.

Даже при жизни. А уж после смерти — тем более.

«Без риска нет победы», — так звучала одна из его любимых поговорок.

— Хэссэ Дамиан, Керрис Аркентар…

Ну, что я говорила?

— Не бойся, — Дан ободряюще стиснул мою ладонь и потянул вверх, помогая мне встать. — Я с тобой.

— Не боюсь, — улыбнулась в ответ. И с удивлением поняла, что так и есть.

Под возбужденный гомон мы спустились к выходу на поле. Адепты переговаривались, жестикулировали, даже спорили, обсуждая выбор командора.