– Скоро поползли слухи, что, читая мысли жены, Граффид расстроил ее рассудок. Те, кто отваживался повторять эти разговоры, вскоре исчезали. – Старуха огляделась. С каждым словом ее голос звенел все резче. – Когда пропавших находили, тела их были будто растерзаны хищным животным.

Никто не замечал прятавшегося в тени Мерека, побочного сына Доналда Моргана и пленной валлийки Эниды из рода Тьюдров. И никто не обратил внимания, как вспыхнули глаза старухи, остановившиеся на нем. А Мерек заметил.

Каждый вечер горбунья рассказывала об очередном поколении проклятого рода. После Граффида она поведала об Энисе и Фаллоне, Гилбрайде и Лениде. У всех них жены родили в безлунную полночь, и все после родов сошли с ума и умерли. Пристальный взгляд старухи не отрывался от Мерека, который, содрогаясь всем телом, жадно слушал легенду.

Однажды ночью, когда лучины с треском угасли, Бейахита начала заключительный рассказ:

– Поговаривали, что в полночь, в последний день июня 1043 года, через столетие после рождения Граффида, родился еще один прямой потомок Граффида-берсеркера. Этот ребенок был обречен остаться без матери, едва появившись на свет, и погубить любую женщину, с которой он по глупости соединится. – Она захохотала как помешанная и ткнула костлявым пальцем в Мерека.

Бейахита назвала дату рождения Мерека. Это о его матери говорила она. Парнишка уткнулся лицом в толстый гобелен на стене. Он не хотел быть берсеркером! Он хотел быть обычным мальчуганом, как Дамрон, его сводный брат, любимчик матери и отца.

Он никогда не отдаст свое сердце женщине, никогда не будет любить!

Теперь Мерек знал, отчего умерла его мать.

Это он убил ее.

Глава 1

Замок Уиклифф,

Англия, 1073 год

Линетт разглядывала стоявшего перед камином мужчину. Он ниже ее ростом, грязные короткие штаны мешком висят на костлявой фигуре. Заляпанная накидка скрывает узкие плечи. Барон Томас Дарем имел три седых волосины на макушке, чуть больше зубов и вдобавок плохо слышал.

– Пресвятая Дева! Да он старше тебя, отец! – воскликнула Линетт. – Я думала, меня стошнит, когда он коснулся моей руки. Какой из него муж?! Нет! Я за него не выйду."

"– Выйдешь. – Барон Уиклифф стиснул зубы, его глаза горели ненавистью. – И нечего притворяться беременной, это ничего не изменит. – Он ткнул пальцем в спрятанную под одеждой Нетты подушку. – Это уже десятый жених. Твои сестры устали ждать, когда ты найдешь подходящего супруга. Такого не существует. – Барон грохнул кулаком по столу и, брызгая слюной, проревел: – Мерзкая девчонка! Тебе уже восемнадцать! Скоро ты будешь слишком старой, чтобы соблазнить даже такого, как Дарем!

– Барон настолько же тощ, насколько Джеймс Хексем был жирен. – Линетт с отвращением поморщилась.