Но потом вдруг расслабляется и становится такой податливой, что в жилах мгновенно вспыхивает огонь. Это так правильно и необходимо, держать ее в объятиях. Вдыхать туманящий голову аромат. Шумно дышу, утыкаясь носом ей в волосы. И Мэйлин позволяет, даже не вырывается. Слышу, как быстро стучит ее сердце. Этот звук отдается так глубоко, заставляя мое собственное стучать в унисон. Сейчас я не понимаю, как вообще ее отпустил. Кажется, больше не смогу заставить себя разжать руки.

— Не может быть… — долетает до нас глухой голос Стенли. — Она моя… моя… Король мне обещал…

— Он передумал, — сообщаю равнодушно.

— Ее опекун дал согласие, — не успокаивается герцог.

— У Мэйлин нашлись другие родственники, — доношу до него новый расклад. — Они против вашего брака. Король к ним прислушался.

— Кто? — возмущенно восклицает Стенли. — Эта старая карга, Дюмон? Их семейка в долгах, как в шелках. Сами мне внучку отдадут…

— Не отдадут. Они уже согласились выдать ее за другого, — произношу это и ощущаю, как напрягается Лин в моих руках. Успокаивающе поглаживаю ее по спине, напоминая, что она не должна ничему удивляться.

— Какого еще другого? Я единственный жених! Кому еще нужна эта бесприданница?

— Уже не единственный. Мэй выходит замуж за меня.

На лице герцога проступает шок, а потом его сменяет жгучая ненависть. Не обращаю внимание на злобное бормотание, перемежающееся проклятиями и обещаниями грозных кар. Меня не его реакция волнует, а потрясение на лице Мэйлин, которое ей с трудом удается скрыть."

"— Я все объясню, — обещаю, легко прикасаясь губами к гладкому лбу. Чувствую, как ее еще потряхивает от пережитого.

Накидываю на плечи девушки свой плащ. Подняв на руки, уношу из полуразрушенного зала. По пути бросаю взгляд на трясущегося жреца, запоминая его внешность. Ему я тоже отплачу. Нам запрещено вмешиваться в религиозные дела чужого государства. Но всегда можно что-то придумать. Церковники очень любят закупать у нас бытовые артефакты, облегчая себе условия жизни. Сделаем для них специальную цену с налогом за продажность. А излишек пустим на помощь принуждаемым к браку женщинам.

Прижимая Лин к груди, сбегаю со ступеней замка. Мне навстречу спешит мой помощник. Завидев нас, резко тормозит. Оглядывается на дыру в стене и груду битого кирпича. Убирает с лица недоумение и протягивает бумагу.

— Подписанный королем запрет на свадьбу.

— Как раз вовремя, — отвечаю с усмешкой. — Отдай его Стенли, — киваю в сторону входных дверей. — Сообщи, что за возмещением ущерба может обращаться в посольство. А мы рассмотрим его прошение. Я возьму твою карету. Вызовешь себе другую.