От неожиданности я отпрянула от дерева, будто от огня, повернувшись в сторону собеседника. Брюнет с интересом рассматривал меня, но тут же сменив улыбку на серьёзное выражение лица, достал одну руку из кармана брюк и протянул поздороваться.

— Простите, не хотел Вас напугать. Я Глеб… Самойлов. Путешественник. Люблю проводить свой отпуск в таких колоритных местах.

Ладонь у парня показалась слегка влажной и от соприкосновения с ней я ощутила какой — то дискомфорт, хотя внешностью мужчина не отпугивал. Вполне симпатичный молодой человек лет тридцати, не больше.

— Но напугали… — одернув руку, незаметно провела ладонью по своему бедру, чтобы стереть с неё влагу о тонкую ткань летних джинс. — Анастасия Беляева.

Как-то не очень приветливо представилась. Улыбаться не было желания.

— Ну надо же! Вы внучка покойного Савелия Ларионовича? Священника и прекрасного художника? Вот это да!

Мужчина снова засиял голивудской улыбкой.

— Не знала, что мой дедушка, среди здешних отдыхающих, стал настолько популярен после смерти.

— Я видел пару его картин. Это шедевры, скажу я вам. И те, что он реставрировал в церкви… — парень запнулся на пару секунд, с трудом подбирая слова похвалы. — Даже не знаю… У меня нет слов, одни эмоции! А он не оставил Вам свои работы? Я бы с огромным удовольствием полюбовался его творением. Кажется, он владел двумя старинными иконами на деревянной основе? Не покажете?

Собеседник прищурившись, распевал дифирамбы в честь моего родственника, что меня озадачило и немного напрягло.

— Простите, Глеб, но я очень тороплюсь. Дедушка картины раздарил хорошим людям, о старинных иконах никогда не слышала. Вы в церкви лучше посмотрите. Не думаю, что Вас заинтересует обычный образок, купленный в своё время в мастерской при монастыре. Монахи не продают старинные реликвии.

— Можно ваш номерок телефончика?

— Зачем? Послушайте, Глеб, если Вас интересуют антикварные ценности, то Вы обратились не по адресу. Я продаю участок с усадьбой. Всё ценное для меня осталось в душе, а остальное, то что находится внутри, — указываю на дом, — для Вас не представляет ни малейшей значимости. Кроме дряхлых занавесок и старой мебели да эмалированных кастрюль с алюминиевыми ложками вряд ли найдёте что-то интересное для своих необычных предпочтений.

— Да бросьте, я лишь хотел с Вами поужинать. Вы меня заинтересовали, как очень симпатичная девушка. Впервые встречаю такую, как Вы.

Какую?

Очередная лесть иголками впилась в кожу на позвоночнике. Неприятный холодок прошёлся по спине. Я тут же сравнила незнакомца с бывшим. Особенной я была и для Вячеслава, но лишь до некоторых пор.

— Ну… Вы особенная, что ли…

Не сдержав хохота, рассмеялась.