— А где моя мамочка?! Рая обещала, что он отвезёт меня к ней! — голос моего маленького Принца звучал надрывно, пробирая моё тело лихорадкой до самых костей. Я лишь почувствовала, как руки Дмитрия сильнее сжались, не давая упасть от внезапного головокружения. В глазах потемнело и лишь крик вперемешку с шёпотом любимого мужчины не позволили мне погрузиться во тьму. — Я хочу к своей мамочке! Отпустите меня! Мам! Мамулечка Ася?! Где же ты? Он обещал!.. Обещал!.. Обещал… — раздался обреченный хрип моего сына и успокаивающий голос Нины Владимировны.

— Сашка??.. — задыхаясь и всё ещё не веря в происходящее, поднимаю на Диму взгляд, полный надежды, закрытый пеленой жгучих слёз. — Это не сон?.. Мальчик мой… Дима? Откуда он здесь?

— Тише, тише, моя хорошая. Я привёз его.

— Сашка!!! — вскрикнула, ощутив как подкосились ноги, а в голове что-то сильно напряглось и будто лопнуло, следом отключив свет. Последние капли сознания уловили взлёт моего тела, встревоженный голос любимого и ещё чьи-то перемежающиеся отдаленные голоса.

— Надо было предупредить, прости, девочка моя. Прости меня.

— Идиот! Ты влюблённый безумец, Ворон! Когда же, мать твою, у тебя поумнеет верхняя голова?!..

Глава 18. Сын

Ася

— Второй обморок за сутки? — где-то вдалеке протяжно и монотонно, будто из-под воды, доносились глухим эхо мужские голоса. Во рту стояла неприятная горечь, а воздух наполнился резким аммиачным запахом. Я недовольно поморщилась, из-за этого виски прострелила тупая боль.

— Настя слишком эмоциональная девушка. Видимо, из-за того, что чересчур много проблем свалилось на её голову за последнее время, — более разборчиво прозвучал вблизи приятный, знакомый баритон.

— Дмитрий, у каждого человека имеется свой предел психической выносливости. Вашу девушку в любой момент может настигнуть неврастения, если она и дальше будет слишком много волноваться. Потрудитесь позаботиться о ней как следует, иначе вот такие частые обмороки могут привести к нехорошим последствиям.

— Что с моей мамой? Почему она меня не слышит? — обеспокоенный, любимый детский голосок окончательно вернул меня в сознание.

— Она слышит тебя, Алекс, — Дима тут же принялся успокаивать ребёнка, — просто слабость не позволяет ей разговаривать. Потерпи немного, малыш.

— Па? А может Асю надо поцеловать в губки, как в сказке пло «Спящую класавицу»? Помнишь? Плинц её лазбудил поцелуем, она отклыла глазки, а потом они слазу же поженились, — разум Ильи, как и всегда, отличился своей детской простотой, заставил мои губы шевельнуться в слабой улыбке.

— Так только в сказке бывает, — тихо возразил Александр, шмыгая носом.

— Сашенька… — едва прошелестела сухими губами, с трудом приоткрывая тяжёлые веки. Пытаюсь рассмотреть происходящее вокруг себя.