Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Петляя по длинному коридору, он провел меня на второй этаж и остановился у самой дальней двери.

—Это твоя комната, — даже не взглянув на меня, проговорил он. Открыв дверь, вошел внутрь, — сюда никого не приводишь, поняла? Ты здесь гостья.

—Я и с первого раза услышала, —огрызнулась, не удержавшись.

—Ишь, какая понятливая, - хмыкнул Тимур, - а это тебе на шлюшьи траты, — сунул в руки тонкую пластиковую карту, а затем резко вышел из комнаты, оставив меня с раскрытым ртом от шока и обиды.

—Мне ничего от тебя не надо, — прошептала, уставившись на закрытую дверь, а затем обессиленно кинула карту ему «вслед». Сволочь. Хам и грубиян. Мать ни копейки у дяди Кости не брала на мое содержание, он настаивал, но она всегда отказывалась, тратилась исключительно на продукты. Все, что у меня есть, куплено на ее собственные деньги, она всегда говорила, что ее дочь – это ее ответственность.

Да и сама я никогда бы не позволила себе взять у него деньги или о чем-либо попросить, лучше в поношенных джинсах ходить, чем быть кому-то должной, пусть даже этот кто-то чудесный человек, и мама с ним счастлива. Мы с ней всегда были сами по себе, и я никогда не забывала о том, что в любой момент мы снова можем остаться одни, а потому рассчитывала только на себя.

Вздохнув, присела на край кровати, прокручивая в голове сегодняшнюю стычку и окончательно для себя решила, что надолго здесь не задержусь. Найду подработку, подкоплю денег и съеду в общежитие. Ничего мне от Тимура не надо, сама справлюсь, даже к продуктам не прикоснусь, ничего, жить экономно мне не привыкать, всю жизнь мы с мамой так прожили и ничего, не умерли от голода.

Глава 6

ТИМУР"

"Злость клокотала во мне, выедая внутренности как смертельный яд, несущийся в крови. Как же сладко она ему улыбалась, как же похотливо Леша на нее взирал! На кусок шавки, способной залезть в трусы к любому, лишь бы заполучить свое. Мерзость. Только не в моем доме. Мерзкая шлюха, которую так хочется прижать к стене и оттрахать самым жестким образом, не будет клеить моих друзей в моем доме!

Увидел ее, и снова член болезненно дернулся. Да почему такая реакция?! Я только вчера натягивал секретаршу Лилечку на рабочем столе прямо в обеденный перерыв. И снова-здорово!

—Ты чего такой злой? Баба не дала? — Леша не ушел, а ждал меня в кабинете, закинув ногу на ногу. Смазливую улыбку как никогда хотелось стереть с самодовольной рожи.

—Зато тебе уже дали, судя по всему, — не глядя пробубнил, направляясь к рабочему столу.

Друг слишком удивленно вскинул брови и рассмеялся, чем еще больше довел мою и без того расшатанную нервную систему.

—Вау, а что это у нас тут? Ревность?

Подошел ближе, все еще продолжая скалиться.

—К шлюхам ревновать — себя не уважать.