На самом деле, даже сейчас, спустя долгие годы супружества иногда приходим сюда провести время вдвоем. Что касается младшего… Когда Таурион научился ползать и вставать, он активно двигался и однажды вылез из колыбели, не удержался, и свалился на пол, ударившись головой. Не знаю, как так вышло, что он остался без присмотра в тот момент, — тяжело вещал отец Дрэгоэля. — Никто не заметил. Он рос, начал проявлять странные садистские склонности. Часто издевался над животными, о чем мне докладывали слуги, избивал тебя. Но я пребывал в святой уверенности, что из него получится отличный король. Не спрашивай, почему. Наверное, я занимался самообманом. Когда он подрос и начал интересоваться девушками, насильно взял служанку, после чего Армиэлю пришлось долго лечить бедняжку, а мне выплатить большую компенсацию ее семье. Я попросил лекаря проверить сына. Тогда-то мы с женой и узнали о его старой травме, которую теперь уже невозможно было излечить.

— Но ты продолжал потворствовать ему! — не выдержал Дрэгоэль. Его голос дрожал от гнева. — Он запер меня в сарае и три дня не давал еды и воды! Я ждал спасения, умирая на цепях будто пес, но никто не интересовался судьбой старшего Сильвандира!

Казалось, для короля слова мужа стали откровением. Он устало потер переносицу."

"— Я этого не знал, сын. Прости, если сможешь, — эльф сделал паузу. — Ты уже далеко не мальчик, и твое взросление не было простым, но, надеюсь, рано или поздно ты найдешь в себе силы простить нас с матерью за то, что были плохими родителями. Помню, как однажды, решая очередной вопрос с Таурионом и его наклонностями, я увидел, как ты тренируешься на саблях. Высокий, сильный, яростный. Но очень далекий. К тому времени мы давно потеряли связь, ты закрылся от меня, а я не представлял, как наладить с тобой контакт. Борьба с Таурионом и его поведением отнимала все моральные силы, каждый день ко мне поступали все новые жалобы. Он даже в обход меня договорился о покупке дара Эларии. Честно, сказать, когда я узнал, что огонь не достался ему, почувствовал такое облегчение. Леди Элария, прошу, примите мое восхищение вашими действиями.

Мне стало неловко. Я кивнула, прижавшись к мужу.

— Нас свело само провидение, Ваше Величество. Но я правда не хотела отдавать дар Тауриону, слухи о его проблемном характере и плохой репутации доходили даже до людских земель. А еще… я очень боялась стать его женой.

— И не зря, милочка, не зря. Вы знаете, что случилось с бедной эльфийкой. Я больше не мог покрывать сына, да и… не хотел. Сейчас мне кажется, что мой мальчик умер в тот день, когда неудачно вылез из кроватки. Как же я корю себя до сих пор за то, что не заметил в нем изменений вовремя, не вылечил… — голос Элорина дрогнул.

Кажется, статный эльф боролся со слезами.