И только одно я понимала, что этот разговор точно нам не помог. Отношения мы так и не выяснили.

А у школы стоял полицейский уазик. И чтобы не нарываться на неприятности, мы прошли сразу к кабинету секретаря. Трэш взял горшок и понёс его директору. А я, оставшись без присмотра, кинулась в гардероб.

Уже куртку накинула, шапку натянула, как наткнулась на недовольную Нафаню, которая припёрлась на разборки с двумя лошадьми. Девки сложили руки на груди, жевали жвачки и смотрели на меня тупыми глазами.

– Трэш мой парень. Я от него беременна, – заявила Нафаня.

Врала. В этом я была уверена, но мне уже всё по барабану. Я даже подраться могу, если надо. Но этого не потребовалось.

В гардероб ввалились Куча и Вася. У лошадей вытянулись морды.

– Вас не загребли? – усмехнулась я.

– Мы быстро бегаем, – радостно заявила Сашка, подходя ближе. – Ты реально с Трэшом пара?

– Нет, – громко ответила я, глядя, как Трэш несётся на очередные разборки. – У него жена беременная. Да, Никита? Ты ведь честный мужчина, женишься теперь на девушке?

Дальше я ничего не слышала. Мне стало безразлично, что орал Трэш, как обиженно оправдывалась Нафаня.

Как лошади попытались увалить Кучу на пол.

Меня достал этот гадюшник. Мамка со своим Егором показались мне тихой пристанью. И я отчалила к ним.

Глава 8

В пятницу, я решила честно прогулять. Просто не поставила будильник на телефоне. Выключила его от греха подальше.

Утро было пасмурным. Небо серо-черными тучами нависло над лесом. В полумраке ярко-оранжевыми фонариками светились редкие листья, что не успели ещё опасть. Пришлось в комнате включить свет.

Я посидела за компом, попыталась сделать домашку, но не получалось.

Тогда полезла читать про отношения между парнем и девушкой. Вспоминала вчерашний день. Все разговоры с Трэшом воспроизвела в памяти, и поняла, что мы мелкие дураки.

Всё на эмоциях.

Со стороны легче смотреть, а вот попробуй рядом с ним выдержать и не сорваться. Но самое главное, это недосказанность. У нас нет общего плана действий, которого мы бы придерживались. У нас вообще ничего нет, кроме беспрерывного выяснения отношений. И это угнетало настолько, что я опять решила от Трэша отказаться раз и навсегда.

Решив ближе к обеду, что пора позавтракать, я всё-таки спустилась вниз, напугав маму.

– Ты не в школе? – удивилась она, высматривая в прихожей мою обувь и куртку.

– Рука побаливает, в понедельник схожу к врачу, – соврала я, закинув удочку на прогул ещё и в понедельник.

Сняла повязку и осмотрела свою руку. Всё вроде было в порядке. Лёгкая боль чувствовалась, но я не буду напрягать запястье.

Мама довольно повела бровями и запрягла меня на весь день.