Разглядываю пейзаж, думая о том, что судьба не может быть ко мне так жестока. Почему снова сводит с этой семьей?

От мыслей отвлекает телефон, который начинает вибрировать в кармане джинсов. Подцепляю его двумя пальцами и принимаю вызов.

— Привет, Оскар, — восклицаю, придав голосу легкости.

— Как добрались, Да-ша?

Как всегда, мое имя, произнесенное им с акцентом, звучит волнующе. На мгновение даже забываю о семействе Дамианисов.

— Всё отлично. Место чудесное. Я только что помочила ноги в море, и это кайф! Спасибо тебе за такую возможность!

— Я рад, Да-ша. Как Эмиль перенес полет?

— Похоже, с самолетами у нас не заладилось. Сын вел себя беспокойно. Я с ужасом думаю о нашем возвращении.

— Вот и не думай. Через пару дней постараюсь к вам присоединиться. Помнишь, я говорил, что нашел подходящего партнера? Так вот, хочу подписать с ним контракт, причем очень выгодный. Мы обогатимся! Ты, конечно же, в доле.

Предчувствие на этот счет не особенно хорошее. Собираюсь спросить, что за компания, и узнать фамилию человека, который ее возглавляет, но Ларссон опережает:

— Дамианис шишка важная, времени всем заниматься у него мало. Прилетит на день, подпишем бумаги и приступим к работе. Для обеих сторон важен результат и прибыль. Греки строят сеть отелей на берегу моря — то, что нам необходимо! Ты в прошлом ас в этой сфере. Уверен, все получится!

В горле встает ком, глаза против воли становятся влажными. Может, Дамианисы — это жизненный урок, который я должна каким-то образом выучить, чтобы больше к нему не возвращаться?

— Да-ша? Ты здесь?

Стоит огромных трудов не застонать в голос. Почему Ларссон заранее не предупредил?"

"Хотя что бы это изменило? С Оскаром у меня контракт, от денег я не откажусь, работа мне нравится и крайне необходима. Я не могу сидеть на шее у брата, а жить в Швеции недешево.

— Хорошо, Оскар, — отзываюсь, взяв себя в руки. — Я все поняла.

Дождусь приезда Ларссона, а там решу, что делать. Зато вопрос, на кого бронь, кажется, отпал. Сам Зен пожалует в Аликанте.

И вообще, с какой стати я должна бояться с ним встречи? Это он поступил низко по отношению ко мне. Вот только почему-то опозоренной и грязной чувствую себя я.

Тревога за сына и потребность обрести душевное равновесие подстегивают желание подняться в номер. В лифте я продолжаю думать о скорой встрече с Зеном. Просыпается стремление забить на все предрассудки и остаться. С высоко поднятой головой посмотреть греку в глаза. Мне ведь нечего стыдиться. После всего, что сделала со мной его семья, я не сломалась, а наоборот, много работала и добилась хороших результатов в новой для себя профессии. Неужели это не достойно восхищения?

Лили и сына я обнаруживаю в номере брата и Ники. Забираю Эмиля и иду его кормить. Сын быстро засыпает, дорога его вымотала.