Он два поселения на уши поднял. Естественно, мы отреагировали на звонок.

Я бестолково хлопнула ресницами. Это что, Изечка сам на себя капнул старейшинам. Заметя мою рассеянность, мужчина тихо рассмеялся.

— Я старейшина Ишвор, со мной старейшина Дриар. Мы понимаем, у вас шок. Вы пережили страшные мгновения. Это ничего. Мы сегодня должны были вести суд по вашему делу. Но при таких обстоятельствах и видя в каких условиях вы проживаете, Диана, мы решили без лишней волокиты решить вопрос в пользу Благояра Белого. Если быть точнее, то мы передаём вас ему до официального вашего вступления в юридическое совершеннолетие. Ваш отец не стал возражать, и в данный момент он пишет своё согласие на передачу опеки.

Я впала в некий ступор. В моей голове переваривалось услышанное.

— А если бы никто ночью на меня не напал? — одними губами пробормотала я.

— Это тяжёлое дело, — старейшина Ишвор выдвинул табурет и сел.

Мать продолжала что-то разглядывать в окне.

— Чем тяжёлое? — я не сводила с мужчины взгляда.

— Физическое совершеннолетие вы прошли, Диана. Всё-таки девятнадцать лет — это уже взрослый человек, но юридически вы всё ещё нуждаетесь в опеке. Ваш жених предоставил достаточно аргументов в пользу того, чтобы изъять вас, но без согласия родителей… — мужчина умолк и осмотрелся. — Хотя какое тут согласие. Я бы передал вас оборотню.

Мать фыркнула, но промолчала."

"— А Благояр? Где он? — от волнения у меня зачесалась шея, не выдержав, принялась растирать кожу пальцами.

— ""А Благояр, а где он?"" — передразнила меня мать, — Примчался ни свет ни заря. Переполошил тут всех. К тебе подходить запретил. ""Пусть спит моя девочка"", ""не смейте тревожить Дианочку"". Куда бы деваться!

Старейшина смерил её таким взглядом, что мать мгновенно умолкла.

— Ваш жених уже был здесь, — медленно кивнул мужчина. — Убедился, что вы не пострадали. Сейчас он оформляет последние бумаги и скоро снова будет здесь. Он крайне обеспокоен ночным происшествием. Скажу проще — он взбешён. Думаю, ещё часик другой и мы отдадим вас ему уже навсегда. Истинная — это редкость в наше время.

— Да какая она истинная, — взорвалась мать, — давалка простая!

— Рот прикрой, женщина, — спокойно произнёс ледяным тоном старейшина. — Тебе стыдно быть должно. Живёшь как в хлеву. Ребёнок по улице слоняется ночами, пока ты в глотку заливаешь.

Мать открыла было рот, но промолчала.

Выдвинув табуретку, я села рядом с мужчиной.

— А чего меня не разбудили, когда вы пришли? — пробубнила я.

— Твой жених попросил не делать этого, всё-таки такой стресс перенесла. Они с твоим отцом всё решили между собой без лишнего шума. Договорились, решить твою судьбу без лишнего шума и без потрясений.

Мать обернулась, бросила на меня полный презрения взгляд, но не высказалась.