Видимо, девочка падала или когда убегала от молодчиков, или когда шла по дороге.

Что она вообще тут делала? Этот вопрос снова всплыл у неё в голове.

И какая вероятность, что она приехала сюда с кем-то?

Степан ничего ей не ответил. Лишнее. Не улыбнулся, не выказал интереса.

Успеется.

Он снова повернулся к застывшим в ожидании мужикам. Им было лет под сорок. Старше его. Это сначала он их принял за молодых беспредельщиков. Нет, эти стреляные орлы. Так какого черта они не уступают? Принципиальные попались? Или девочка их зацепила конкретно?

Если так, как делить собрались?

Для них главной угрозой выступал Владимир. Тот, что был в коричневой кожанке, почти один в один повторил движение телохранителя, демонстрируя не кобуру, а нож.

Во-от. Снова становится интересно.

Непонятно сколько бы они «мерились» молчанием и прикидывали что к чему, но из-за поворота показалась полицейская машина.

Естественно, она не могла проехать мимо.

Барсов окончательно расслабился. Ну вот, и адреналин зря в крови бурлил.

Хотя…

Мужчина снова посмотрел на девушку. Та окончательно притихла, втянув шею в плечи.

Ещё интереснее. Он был готов поспорить, что документов у девушки при проверке не найдется.

Опера вышли, осмотрели их поочередно. И сделали правильные выводы. Один из них узнал Степана. Забавно было наблюдать, как он второго в бочину толкнул, после чего вытянулся по струнке.

– Степан…

– Богданович, – подсказал Барсов.

– Да, точно, Степан Богданович, – быстро поправился лейтенант, отчаянно краснея. – Что у вас произошло?

– У меня – ничего, – немного вальяжно ответил Барсов, продолжая с интересом наблюдать за разворачивающимся действом. – А вот девочку обижают.

– Да кто её обижает! Сама к машине подошла!..

Лейтенант поправил ремень на куртке.

– Сейчас разберемся. Документы предъявите.

– Да какие у неё документы. На трассе стоит она! – рявкнул тот, кто сверкал «финкой». После чего сплюнул, окончательно поняв, что добыча ускользает из его или их рук.

– Новенькая? Из уличных? – холодный голос второго служителя закона резанул воздух вокруг.

Девочка стояла и, кажется, не дышала.

Смотрела на них, беспомощно переводя взгляд с одного на другого.

Испугаешься тут, пожалуй.

Шесть здоровых мужиков, и она одна.

– Скорее всего. Не из эскорта же дорогого… Так, придется, «паковать». Я так понимаю, документы, не дашь, да? А вы её не знаете, Степан Богданович?

Барсов снова посмотрел на девушку.

Та задержала взгляд на нем.

Спустившаяся на город ночь, редкие по району фонари, рассеивающий свет от фар – всё вкупе не позволяло рассмотреть полностью её лицо, не говоря уже про выражение глаз. Хватало и испуга, который застыл на лице и транслировался через её ссутулившуюся, озябшую фигурку.