По инерции я крепко ухватилась за его шею и прислонила голову к его груди. Под моим ухом размерено билось сердце моего мужчины. На мгновение, прикрыв глаза, я вслушалась в это тихое «тут-тут-тук». Как же я люблю его, даже такого рычащего и раздраженного. Запнувшись за эту мысль, я замерла.

Повинуясь эмоциям, я прижалась к нему плотнее и тихо выдохнула на ушко.

— Я люблю тебя и рада, что они заставили тебя поспать, — сейчас меня мало волновало услышат ли меня остальные или нет. Главное, чтобы Сферр услышал. — А еще я очень есть хочу.

Услышал. И сжал так сильно, что мой вдох застрял где-то в груди.

Ничего никому не говоря, Сферр быстрым шагом направился на выход. Оглянувшись на остальных, я заметила просто пришибленные взгляды. Кажется, мое признание услышали все.

В коридоре нас встретили новые зрители. Две расфуфыренные, откровенно страшные женщины, с убийственным прикидом из сто одной одежки и безумной прической из ядовито розовых волос. При этом они пытались еще и смотреть на меня снисходительно. Тут вспомнилась наша первая встреча и их обсуждение меня любимой. Так чья там яйцеклетка была ценнее всей меня?

— Сферр, милый, — елейным голоском начала я, — а у вас все женщины такие странные.

У них что-то со зрением и они не различают цвета? У нас принято красиво сочетать одежду. Ну, например, красный красиво смотрится с черным цветом. А тут прямо гирлянды рекламные.

— Я не знаю, каиша, — спокойно ответил мой мужчина, видимо, еще не поняв, что я банально принижаю этих особ, — я не обращал никогда внимание на женскую одежду.

— Ааа, ясно. — протянула я, — А почему на них так много надето, здесь же тепло? У них плохое здоровье и нарушен теплообмен? И неужели вы не потеете при таком количестве вещей? Так ведь вонь пойдет сильная от тела.

— Для этого и надевают, — просто ответил Сферр, не обращая внимания на наличие свидетелей нашего разговора, — чтобы все слышали их запах.

— Фу, — искренне ужаснулась я, — знаешь, Сферр, у нас принято мыться дважды в день и не вонять потом. Это ты прими к сведенью. Никто не заставит меня смердеть немытым потным телом. Это не гигиенично и отталкивающе.

— Согласен, раздражает, — буркнул мой мужчина."

"Женщин мы миновали и двинулись вперед.

Что разговор наш они слышали, это точно. На вытянутых лицах беспомощно хлопали глупые глазки. На прощание я брезгливо сморщилась и послала им взгляд — «фи, какая гадость», а потом и вовсе высокомерно фыркнув, отвернулась.

Сферр так и не понял, почему я его расспрашивала о женщинах, и вообще пропустил весь наш разговор мимо себя. Его что-то тревожило, а я не понимала, что именно.

— Милый, — я осторожно повернула его лицо к себе и внимательно всмотрелась в оранжевые глаза, — я чувствую твое напряжение.