Сразу понятно, больная тема для парня. Его пальцы сжимаются, и я вижу, как напрягаются его плечи.

- Я же сказал… - начинает парень, но Тим не дает ему продолжить, что мне не нравится.

Его и без того отец затюкал, сейчас бы дать парню высказаться, тогда бы, глядишь, видя уважение со стороны взрослых, он смог бы хотя бы услышать доводы.

- Знаю, знаю. Но подумай: продать ты их всегда успеешь, а вот вернуть – нет.

Парень молчит, потом вздыхает. Вижу, что в нем что-то надламывается. Он сдается, не хочет конфликта. Черт, если сейчас согласится, тогда сам потом с ним встречусь и поговорю. Тимофей его загонит, а это не есть хорошо.

- Ладно, - ну вот, сломал пацана. - Но участвовать в делах компании я не хочу, - а вот это уже лучше. Хоть что-то свое потребовал.

- Никто и не заставляет, - отвечает Тимофей. - Просто пусть они будут. На всякий случай.

Рома пожимает плечами, но не спорит. Его лицо остается непроницаемым, но я вижу, как он стискивает зубы. Ему неприятно, но он не хочет показывать это.

После стрельбы мы идем в кафе при тире. Запах кофе смешивается с ароматом свежей выпечки. Мы садимся за столик у окна, за которым уже темнеет. Вечер подкрался незаметно.

Рома берет телефон, и я вижу, как его лицо меняется. Глаза тускнеют, губы поджимаются.

- Что-то не так? - спрашиваю, откладывая меню в сторону.

Он кладет телефон на стол, слегка толкая его от себя, будто он его обжег.

- Друг зовет кататься на роликах. Родители ему новые подарили… А я не умею, - он говорит это так, будто признается в чем-то постыдном, хотя это не так. Просто еще одна маленькая рана, оставшаяся от отца, который не научил его таким простым вещам.

- Это не проблема. Хочешь, научу? - Рома поднимает на меня удивленный взгляд, и в его глазах проскакивает что-то живое. Надежда. Слабая искорка надежды, которая заставляет мое сердце сжаться.

- Вы серьезно?

- Завтра, в три, в Центральном парке. Если хочешь можем встретиться и начать, - уточняю ему, таким образом отвечая на вопрос. Он смотрит на меня секунду, потом его лице расплывается улыбка, первая за сегодня. Искренняя, беззаботная, какой и должна быть улыбка подростка.

- Да. Хочу. Спасибо вам, - Тимофей усмехается, слегка толкая меня локтем в бок.

- Ну вот, теперь ты и тренер, - подкалывает он, но в его голосе нет насмешки, только тепло.

Я пожимаю плечами, стараясь сохранить невозмутимый вид.

- Зато будет повод выйти из дома и вынырнуть из бесконечных дел, - отвечаю ему, но мы оба знаем, что дело не только в этом.

Рома смеется, и в этот момент он выглядит просто ребенком, без груза прошлого, без боли. И я понимаю, что завтра в парке буду не только ради него.

Но и ради нее.

Чтобы и ей стало легче, видя счастье в глазах сына.