— Эй-эй-эй! Ты мне так ковш прожжешь, — строго предостерег рабочий. — По самому краю веди, вот тогда толк будет.

Филимон охотно качнул головой и направил пламя к следующим окалинам. Титановая сталь плавилась и рвалась, как папиросная бумага, обжигающие опилки разлетались далеко по сторонам."

"— А ты молодец, у тебя получается. Может быть, останешься у нас на заводе? У меня сменщик как раз ушел, вместо него будешь.

Грудь распирало от радости, и он едва не поделился с рабочим своим нечаянным открытием.

— И сколько же платят? — растянулись губы Филимона в озороватой улыбке.

Рабочий встретил вопрос очень серьезно:

— Четвертной обещаю, а то и полста! Еще у нас хозяин понимающий, к празднику троячок приплатить может, а если приглянешься как работник, тогда и на червонец можешь рассчитывать.

Филимон едва сдержался, чтобы не расхохотаться. Стоит ли ему говорить, что за час подобной работы он теперь сможет заработать не менее ста тысяч рублей.

— Это хорошо, — он почти по-хозяйски хлопнул по плечу рабочего, — только сейчас у меня другие планы. Как отсюда в город выбраться?

— А чего тут выбираться? — искренне удивился рабочий, забирая обратно горелку. — Через час подвода подойдет, вот с ней и выберешься.

Филимон вытащил из кармана припрятанную десятку и, сунув ее в руки ничего не понимающего рабочего, произнес:

— Это тебе за совет, дружище. Век тебя помнить буду, — и, махнув рукой, вышел из цеха.

* * *Титановая сталь не устояла. Она сдалась на милость победителя.

Уже через несколько часов после ограбления хранилища Государственного банка едва ли не все газеты взахлеб писали о том, что неизвестный преступник выгреб из сейфа почти полмиллиона рублей. Фотография, напечатанная на первых полосах газет, выглядела впечатляющей: в центре дверцы красовалась дыра почти в полметра диаметром, надо полагать, что медвежатник черпал деньги из глубины несгораемого шкафа совковой лопатой.

Журналисты предполагали, что преступник изобрел оружие, перед которым бессильны даже военные технологии, и только один из них осмелился утверждать, что по характеру оплавления металла была применена обыкновенная ацетиленовая горелка.

Еще через день был ограблен крупный банк в Санкт-Петербурге, еще через два — банк в Нижнем Новгороде.

В течение недели было ограблено около десяти банков, но всем было понятно, что преступный гений только набирает обороты и не остановится до тех самых пор, пока не выпотрошит российскую сокровищницу до последнего рублика.

Генерал Аристов в сердцах смял газету и зло швырнул ее в корзину. Бездарные писаки! Они еще смеют злопыхать и ставить под сомнение его профессионализм. Но ясно одно — господин Родионов вернулся.