Нет он оставил распоряжение что после его смерти банки свяжуться с родственниками… но сейчас он надеялся, что этого не произойдет. К тому же имеются драгоценности и золото, а император не вечен, и вообще время часто многое меняет…

А насчет спрятаться… в детстве он бывал в гостях у своей тетки в небольшой деревеньке в Вологодской области. Она уже давно умерла, впрочем, как и остальные жители деревни. По его сведениям, на деревне проживали две пожилые супружеские пары и всё.

Пока он пребывал в мечтах, его подвели к машине и помогли сесть на заднее сиденье.

— Благодарю. И снимите с меня этот чертов мешок.

Мешок сдернули, и он зажмурился от света. Когда глаза привыкли, Распутин поднял голову и посмотрел на своего спасителя.

— Ну здравствуй, Вася. Вот и свиделись, — проговорил Грачёв и улыбнулся.

Глаза Василия Денисовича расширились от ужаса. Он понял, что вовсе не спасён.

— Что… что ты делаешь? — выдавил он, с трудом совладав с собой.

— Приехал за тобой, — вновь улыбнулся артефактор. — Хочу тебе признаться: я очень злопамятен, и предпочитаю собственными руками убивать врагов. Притом не просто убивать, а помучить напоследок, — он мечтательно посмотрел наверх и с улыбкой продолжил. — Умирать ты будешь долгой, извращенной, мучительной смертью.

Распутин весь сжался от животного страха. Даже если бы его руки были свободны, и у него была возможность сбежать, он бы не смог этого сделать. Его тело просто окаменело от ужаса. Он даже моргал с трудом.

— Давай договоримся, — наконец выдавил он.

— Что ты можешь мне предложить? — презрительно взглянул на него артефактор. — Ты нищий и убогий лекаришка, которому сейчас даже руки никто не подаст.

— У меня остались деньги. За границей. Много денег…

— Мне не нужны твои деньги. Ты посмел покушаться на мою жизнь, и за это будешь убит, — он вытащил из кармана небольшой металлический артефакт, похожий на коробок спичек, нажал на кнопку, и спереди выскочил острый шип.

— Что ты собираешься делать? — Распутин вжался в сиденье, не сводя пристального взгляда с непонятного, но явно опасного механизма.

— Просто усыплю тебя до поры до времени, — спокойным голосом ответил Грачёв, резко подался вперёд и уколол шипом его в шею.

Василий Денисович ойкнул от боли, но уже в следующее мгновение почувствовал сильный жар на месте укола. Яд быстро распространялся по его телу, заставляя мышцы гореть и расслабляться. Последнее, что почувствовал Распутин, перед тем как погрузиться во тьму — удар головой о переднее сиденье.

* * *Я ехал по дороге, ведущей за город, изредка останавливаясь и втягивая носом воздух. Различного эфира было предостаточно, но я не обращал на негоих внимания. Моя внутренняя метка стояла на Грачёве, поэтому остальных людей я просто игнорировал.