Они принялись спорить и настаивать на своём. Даже Демидов вмешался. Император внимательно наблюдал за происходящим, а Лев Александрович с облегчением выдохнул. Это больше не его головная боль. Пусть разбираются на более высоком уровне. Со своей стороны он сделал всё что мог.

После получасового оживленного спора император остановил их и потребовал сегодня же предоставить на бумаге свои доводы."

"— Можете идти, — махнул он им рукой и повернулся к Демидову. — Роман Дмитриевич, останьтесь.

Глава тайной канцелярии кивнул и вновь опустился в кресло. Остальные же с поклонами покинули кабинет.

— Что думаешь обо всём этом? — устало спросил император.

— Его Величество, могу поручиться за Радова. Я знаю, какой он дотошный и ответственный, поэтому нисколько не сомневаюсь в его словах, — сразу сказал он.

— Я не об этом, — недовольно поморщился император. — В словах твоего подчиненного не сомневаюсь. Я спрашиваю, что делать дальше. Как поступить, чтобы найти виновных и не получить славу тирана и самодура? Я уже совершал ошибки, не хотелось бы усугублять ситуацию. Тогда не нужны будут никакие заговорщики — сам народ восстанет против меня.

— М-да, сложная ситуация, — кивнул Демидов. — Ментальные щиты не просто так поставили. Само по себе это уже настораживает. Зачем нужны щиты, если человек чист перед законом и не замышляет ничего плохого? — он откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.

— Ты прав, но я не могу дать позволения пытать этих людей. Кем я буду в глазах своего народа? А если выяснится, что они не имеют никакого отношения к заговору против меня? — он ткнул пальцем в документ, который предоставил Радов. — Ведь это не мелкое жулье. Вот этот, — он ткнул пальцем. — Наш посол в Османской империи. А это начальник московского почтового округа. Вот ещё один… Журавлёв — член Медицинского совета. Ты понимаешь, какой вой начнётся, если мы будет действовать так, как рекомендует военный министр? Что скажешь?

Император бросил документ на стол и уставился на Демидова. Глава тайной канцелярии понимал, что должен что-то предложить, но пока у него не было никаких мыслей на этот счёт. Нужно всё хорошенько обдумать и взвесить.

— Ваше Величество, прошу разрешения вернуться к службе и вновь заняться этим делом, — после непродолжительной паузы, проговорил он.

— Ты забыл, что с тобой было совсем недавно? Чудом жив остался.

— Им меня не запугать, — твёрдо заявил Роман Дмитриевич. — Я буду осторожен. Лев Александрович хорошо поработал, но у него нет опыта и связей. А у меня есть. Дайте мне два дня, и я придумаю, как разговорить тех, кто так этого боится.

Император помял подбородок, пристально глядя на главу тайной канцелярии, и кивнул.

— Хорошо. Будь по-твоему. Но будь осторожен. Ты слишком важен для меня.