На руках розовые резиновые перчатки явно большего размера, чем ему требовалось.

— Пока меня не было, никто толком не ухаживал за моими растениями, — пожаловался он. — Особенно запустили ядовитые. К ним опасно прикасаться, но, если соблюсти все меры безопасности, не отравишься.

— Огнецвет относится к ядовитым?

— Нет, в горшке он совершенно безобиден. Идите за мной.

Он провёл меня вглубь оранжереи и указал на пышное растение с ярко-оранжевыми листьями. Даже на расстоянии метра я почувствовал, что от него исходит тепло.

— Можете сорвать столько листьев, сколько вам нужно, — сказал Щавель. — Только будьте осторожны. Их сок нагревается до высокой температуры, и даже может обжечь.

Я потянулся к растению, но профессор ударил меня по руке.

— Перчатки. Наденьте перчатки и возьмите бумажный пакет, — строго сказал он. — Совсем позабыли о правилах безопасности? А ведь меня не было всего пару недель. Как же быстро вы, студенты, всё забываете.

Он продолжал ворчать, пока я искал в коробках на стеллаже перчатки и бумажный пакет. Чтобы не тратить время на листья, я хотел срезать ветку, но Щавель запретил. Пришлось выдергивать по одному.

— Спасибо, Олег Николаевич. Вы очень меня выручили, — я подошёл к профессору, который очень осторожно, чтобы не задеть ядовитые цветы, разрыхлял землю в горшке.

— Пожалуйста, Саша. Вам я всегда готов помочь, — он поднялся, держась за заболевшую поясницу, и пожал мне руку. — Только объясните мне, зачем вам понадобился Огнецвет? Это очень специфичное растение, которое редко используется в лечебном деле.

— А для чего его используют? — спросил я и втянул носом эфир растения.

— Огнецвет очень хорошо укрепляет магическую ауру. Бывает, что маг сильно расходует ману и повреждает свою ауру. Тогда заваривают Огнецвет и пьют как общеукрепляющее.

— Ясно. Ещё раз спасибо, профессор. Не буду вас больше отвлекать.

Я энергично зашагал к двери. Мне совсем не хотелось рассказывать ему о пари с Боярышниковым. Не хватало вмешивать в наши дела ещё кого-то. Возможно, на препода надавят, и он будет вынужден отказаться от нашей договоренности, а этого нельзя допустить. Мне было очень жаль того времени, что я тратил на его бесполезные лекции.

Пока ехал домой, прокручивал в голове эфиры новых для меня растений. Лично я мог создать из них целую дюжину различных зелий, но мне нужно догадаться, что из них создавал предок Боярышникова.

Я прокручивал и так, и эдак, но не мог придумать лекарство. Подъехав к дому, уединился в лаборатории и продолжил раздумывать над задачей. То, что я мог сделать, никак не подходило этому миру. Например, я бы мог создать зелье, обезвреживающее трехглавую гидру. Или сделать усилитель роста для Средневечного дуба, желуди которого я использовал для создания пилюль долголетия.