- Нормально всё, - негромко пробормотала она, вставая на колени и возясь одновременно с пледом и халатом.

Савелий закатил глаза и в очередной раз за сегодняшнюю ночь выругался. Бесконечная она что-то выдается…

Он присел на корточки и уставился на языки пламени. В горы бы летом сходить с палаткой и байдаркой. А ещё без сотового – забуриться на неделю и чтобы никого рядом не было.

- Я не буду обращаться в полицию, - послышалось через некоторое время рядом.

Савелий вздохнул.

- Зря.

- Что, зря? – мгновенно встрепенулась Рита, распахивая глазки.

Хорошо, что не долбаный халат…

- Зря ты об этом говоришь мне.

Подобную информацию надо держать при себе.

- Почему?

- В целях безопасности.

Девочка возмущенно фыркнула.

- Я думала, тебе это важно!

- Важно. – Савелий провел рукой по лицу. – И я благодарен за то, что ты сказала. Но для тебя это опрометчиво. Потому что я могу своими действиями пытаться тебя расположить к себе, а далее… Хм… Совершить снова что-то нехорошее.

Она ответила не сразу. Краем глаза Савелий заметил, как она вперила в него гневный взгляд. А что? Он всё правильно сказал.

- Скажи я о том, что не буду заявлять на тебя, не скажи… Если ты захочешь со мной что-то сотворить, как ты выразился, нехорошее, я в любом случае тебе не помешаю.

Но знаешь что, Мартыненко! Сегодня всё-таки тридцать первое декабря, пусть и раннее утро… И хочется верить в доброе и светлое.

По мере того, как она говорила, её голос понижался и в нем появлялись ностальгические нотки, которые должны были вызвать у Савы такие же теплые эмоции, которые, видимо, нахлынули на Риту. На него же они произвели обратное впечатление.

Гнев, который становилось всё труднее контролировать.

Как надо было жить двадцать пять лет, чтобы остаться девочкой-девочкой? И он сейчас не в плане физиологии, хотя Рита оказалась узкой для него.

И очень теплой.

Он о другом.

О том, что она честная. Прямолинейная.

Добрая.

Смотрит на мир открыто, без камня за пазухой. Говорит, что думает.

И у него происходит разрыв шаблона. Савелий же понимал, что обидел её. А она, получается, доверилась ему, несмотря ни на что. Рискнула. Ситуация у неё, конечно, не ахти, и из нескольких зол она выбирает меньшее.

На фоне всего происходящего у Савелия резко активировался инстинкт защитника.

Он вышел вперед. Даже не так – вырвался. Учитывая то, что Статуэточка Савелию зашла с первого взгляда, ничего хорошего от происходящего, он уже не ждал.

Будет ещё какой-то треш.

Он бы очень рад её отправить домой! А потом заявиться к ней через пару дней с цветами, вкусными конфетами и, например, продуктами. Примирительный жест с его стороны, логично же.

Но нет – кто-то свыше распорядился иначе и устроил ему шикарную предновогоднюю ночь.

Ты хотел отдохнуть, Мартыненко? Отдохнеееешь. Со смаком. Вкусно так.