Оно было офигеть каким нелогичным, потому что хвост рос из... В общем, из меня он рос. И передо мной лежал собственный, родненький хвост, с пушистой милой кисточкой на самом кончике.

- Господи... - выдохнула я. - У меня хвост!

А потом вспомнила, что обещала одному конкретному, почти забытому богу рекламу, пиар и, как сказал бы сын моей бывшей соседки по коммуналке Колька, прокачать до 80го уровня. Пора привыкать к новому миру, к новому телу и к новому мировоззрению. Поэтому хмыкнула и поправилась:

- О, великий Камак! - пафосно воскликнула я, на тот случай, если меня кто-нибудь услышит, и чуть тише добавила: - У меня хвост! Хвост!

Копыт мой новый дизайн не предусматривал. Интересно, а как обстояло дело с рогами? Пришлось сползти с кровати и оглядеться в поисках элементарного зеркала.

А ничего так местные вши и вшиены живут. Комната ничем не напоминала больничную палату. Приятного теплого тона деревянные полы покрыты толстым ковром. Он даже на вид казался мягким и очень уютным. Мебель вполне привычная взгляду, но добротная, качественная и очень красивая. Мне в прежней жизни даже на мечты о такой денег не хватило бы.

Несмотря на всю современность декора, само здание строили давно. Это было заметно по толстым каменным стенам, форме окон и высоте потолков. Хотя, возможно в этом мире так строят всегда. Кто их, этих ашассов разберет?

Зеркало увидела на туалетном столике, сплошь заставленном какими-то витыми и странными емкостями. Прямиком направилась к нему. Тем более, ужасно хотелось опробовать ковер на мягкость и утопить в нем мои чужие ноги. Не успела...

- Госпожа моя! Что же вы встали, голубка наша ясная! Ши Дарвиш строго наказал лежать еще пару дней!

Голос я узнала. Обернувшись, увидела самую обычную пожилую, чуть полноватую женщину, с добрыми глазами и собранными в аккуратный пучок волосами. Их цвет сейчас сложно было понять, потому что почти все прядки давно посеребрила седина. Серое платье прямого кроя с небольшим белым воротничком делало Марту похожей на учительницу начальных классов. Сиделка Нинель оказалась вполне приятной дамой, и я искренне ей улыбнулась.

- Хотела взглянуть на себя в зеркало, - ответила ей. Хмм, а голос у шиены Нинель вполне мелодичный и очень молодой.

- Ох, - запричитала добрая женщина. - Что же вы босая? И нарожники не сняли...

Передо мной тут же поставили темно-вишневые бархатные туфельки на небольшом каблучке, расшитые серебряной тесьмой и крошечными прозрачными бусинами. Пришлось всунуть в них ноги, опершись на склоненную Марту, так и не опробовав уют иномирного ковра.

Подождите... Что она там еще сказала? Нарожники? Я не ослышалась?

Словно почитав мои мысли, дама поднялась на носочки и ловко стянула что-то с моей головы.