Правда-правда! Жаль, по-прежнему не пошевелиться, ни сказать ничего не могла.

- Здравствуй, Марта, - произнес Вшиенлигейрос. Хоть кто-то здесь вежливый, да и имена встречаются вполне нормальные. Марта, например.

- Здравствуйте, господин, - ответила ему моя сиделка. Господин? Ерунда какая-то. Ну, кто сейчас так обращается? Чай на дворе не средневековье.

- Как она? - и меня снова погладили. Бережно так, ласково. Даже замурлыкать хотелось.

- Совсем плоха наша голубка, мой шиен, - со слезами в голосе снова ответила ему Марта.

А передо мной открылось сразу несколько истин. Все их вши и вшиены вовсе не имена, а всего лишь уважительные приставки. Как, к примеру, лорд или мистер. Без подобных аксессуаров имена звучали вполне приемлемо, хоть и все равно странно. Марте я, по какой-то причине, была дорога, но добрая женщина относилась к низшему сословию, с которым мало считались.

Бред. И снова бред. Какие сословия в современном-то обществе? А потом подумала и, наверное, рассмеялась бы, если смогла. Сословий, конечно, не было, но социальное неравенство однозначно существовало. И основными критериями, отделяющими одних людей от других, во все времена являлись власть и деньги. По всей вероятности, у этого «вшиена» Лигейроса было и то, и другое. И, тем не менее, в отличие от других мужчин, чьи голоса здесь прозвучали, он оказался самым вежливым. А еще… Еще он был моим, затерявшимся в глубинах Вселенной, отцом-космонавтом.

- Я хочу знать, что с моей единственной дочерью? И почему Нинель, заботу о которой я, по высшему повелению короля, доверил короне, находится в подобном состоянии? – вот это мужчина! Если бы голосом можно было заморозить, то в помещении уже стояли бы несколько ледяных скульптур, поражающих своей реалистичностью. Жутко захотелось хоть глазком на него взглянуть. Подсознательно, я всю жизнь желала, хоть мельком посмотреть на отца, но гнала от себя подобные мысли. И вот теперь мечта вполне могла исполниться.

А потом до меня дошло еще кое-что. Король? Корона? Господи, куда же меня закинуло?

- Вы, как один из самых уважаемых и благородных ашассов, шиен Лигейрос, должны понимать всю значимость и своевременность королевского отбора, а так же риски, связанные с испытаниями, - произнес тот, которого мой отец-космонавт называл шиеном Хассером. Новое слово «ашассы» позабавило, но и заставило разволноваться. Я все больше и больше склонялась к мысли, что попала в какую-то секту. Еще и какой-то отбор приплели. Искренне надеюсь, не естественный.

- Я все понимаю, шиен Хассер. Абсолютно все.