Закрывает оконце и навесив табличку «Перерыв», выходит из своего кабинета в шерстяном кашне, прихватив старомодное драповое пальто, и видавшую виды шапку из неизвестного давно покойного зверя.

Уважая годы, хочу ему помочь одеться, но он довольно сноровисто справляется сам и пообещав напарнице,

— Через полчасика вернусь, — выдворяет меня из скупки и выходит следом.

Идём неспешно, всю дорогу Борис Моисеевич расхваливает чайную и пончики, не касаясь волнующей меня темы, будто поход за ними — наша главная цель…

Да он тут завсегдатай! И администратор, и официант благоговейно здороваются по имени отчеству.

И сразу провожают за столик в углу. Подмечаю, что для тайных переговоров он самый удобный, рядом ни души.

После того, как приносят заказ, скупщик переходит к делу,

— Мне посчастливилось видеть такую монету совсем недавно. До этого никогда подобных не попадалось. И никому не попадалось. Вы понимаете, милая девушка, что это значит?"

"— Нет, — откуда мне понимать? Ясно, что не попадалось, но я профан в этом деле. И чем больше морочусь с Костиным подарком, тем чувствую, геморроев будет только прибывать. Скупщик, медлит, разламывает не спеша горячий пончик, словно давая время догадаться самой, но я слишком голодна и спешу.

Откусываю свой, жую и жду вердикта. Пончик пышный, ароматный, сдобный, не проглотить бы язык, ничего вкусней в жизни не ела! По крайней мере, за последние сутки.

— Это значит, что цена такой диковинки на нумизматическом рынке очень велика! — сообщает Борис Моисеевич, открывая мне Америку, — я мог бы у Вас её купить, но только по цене золотого лома, не учитывая редкость, а вернее, почти уникальность изделия, а это в разы, да нет! На порядки меньше!

— Так она у меня не одна! Купите несколько! Мне очень нужны деньги!

— Вот что значит, молодая неопытная девушка, — воздевает руки к небу старик, — чем больше монет Вы захотите продать, тем ниже станет их цена!

— И что мне делать? — не понимаю, зачем он всё это объясняет, ведь в его интересах купить как можно больше лома и загнать туда, где заплатят настоящую цену.

Но тут он сам же и отвечает, будто прочитав мои мысли,

— Дядя Боря достаточно долго живёт на этом свете, чтобы не кидаться на такие приманки, как молодой щенок за медлительной жабой.

Он её схватит, придушит, а потом отравившись ядом, блюёт, не к столу будет сказано. Так и в жизни: нечестная прибыль всегда влечёт за собой слишком дорогую расплату. Я уже слишком стар, чтобы очаровываться деньгами, — вся эта тирада мудрого старого еврея удручает меня несказанно,

— Так куда же мне с этим идти?

— Я помогу, — живо отзывается скупщик, — у меня есть хороший знакомый, он коллекционер, истинный ценитель, позвоню ему и договорюсь, чтобы принял. Просто так к нему не попасть, только по звонку.