В усиление защиты построить по периметру правобережной части города цепь пяти лучевых артиллерийско-стрелковых фортов, с отдельными гарнизонами в них. Естественно прикрывающих друг друга и городскую стену огнем своих орудий. Перестроить стены окрестных монастырей, где они имелись, и построить новые стены, где они отсутствовали, вооружив их пушками, оборону поручалась монахам, естественно к этому времени обитатели монастыря менялись по 'обмену' с обитателями уральских монастырей. Прикрывалась и Западная Двина с Полоты. Правда только при отсутствии на них льда. На Иванском острове, на поднятом насыпью месте, строился форт.

На реке предполагалось разместить с десяток мелких галер и речных яхт, вооруженных тремя-пятью трех и восьми фунтовыми 'единорогами'. Для их швартовки, весь берег острова, обращенный к Верхнему замку, планировали превратить в сплошной каменный пирс. Для чего предполагалось углубить дно протоки между островов и Верхним замком, а заодно и русло Пороты, от устья до поворота от города. В общем, ни чего сверхъестественного, даже для 16 века. Просто немного осмысленное знание развития фортификации, примененное к конкретном месту и времени.

***

Победы под Полоцком, Витебском и Вильно имели большое международное значение. Первым отреагировал на них датский король Фридерик II, который официально, письменным посланием, через специально отправленное посольство, поздравил Ивана IV с взятием Полоцка и Витебска.

Отметился и император Священно Римской империи Германской нации Фердинанда I. Который, несмотря на наложенные в шестьдесят первом году санкции, запрещавшие торговлю с русских через незаконно ими присоединенный истинно немецкий порт Нарва, предложил Московскому государю Ивану Васильевичу военный и политический союз для противостоянии экспансии Османской империи в Европе и Северном Причерноморье.

На предложение германского императора о заключении союз и объединении усилия в борьбе с турками, царь, в ответной грамоте, через Посольский приказ, не ответили ни ДА и ни НЕТ. Грозный заявил посланникам императора, о чем указали и в грамоте, что он воюет в Ливонии практически за интересы его и католической церкви, против лютеранской ереси. Зная, 'болевую точку' империи и какое место занимала в политике Габсбургов идея католической контрреформации, можно было сыграть с ними 'игру'. Фактически выступая против 'Лютерова учения', Ивана IV задевал весьма чувствительную струну габсбургской политики, на которой и собирался играть в дальнейшем.

***

-Государь, воевода уральский Черный по Твоему повелению прибыл - доложил Мечеслав, входя в невеликую, скромно обставленную келью Спасо-Ефросиньеве монастыря, в которой квартировал московских царь, а в самом монастыре располагалась его ставка.