На пятое утро с попутным юго-юго-западным ветром караван из чаек, галеасов, тартан и прочих более мелких плавсредств, нагруженных трофеями и освобожденными из рабства христианами убыл в сторону полуострова Крым. Погода нам благоволила. Ветер был не сильный, поэтому гребцы не скучали. На моей тартане сидели на веслах освобожденные из рабства. Кошевой атаман и его свита расположились на полубаке и крышках трюма. Во взглядах, которые они бросали на меня, больше не было ничего неприятного. Своим все еще не считают меня, но я уже и не чужой, тем более, что очень нужный специалист, другого такого у них нет.

По их словам, восемь лет назад они захватили и ограбили Варну, но добычи там взяли меньше, чем в Синопе.

Видимо, в благодарность за такую богатую добычу, Синоп подожжен в нескольких местах. Самый сильный пожар на судоверфи, как говорят, самой большой в Османской империи. Горят недостроенные суда и запасы древесины, парусов, канатов, смолы… Второй по величине прощальный костер в районе арсенала. Из него выгребли все оружие и часть боеприпасов. Пороха там хранилось так много, что на него не хватило места на судах, хотя считался если не самой ценной добычей, то и не бросовой.

Остальной взорвали. Обломки арсенала разлетелись по всему городу, от них занялись другие строения. Над Синопом повисли клубы темного дыма. Представляю, как кашляя из-за дыма, нас проклинают местные жители: и мусульмане, и иудеи, и православные христиане.

Глава 15

Обратный путь оказался в два раза продолжительнее, несмотря на попутное течение. К вечеру первого дня задувал встречный ветер, поднимал волну, но ночью стихал.

Наша флотилия днем растягивалась мили на три. Впереди шли быстрые чайки и трофейные галеры, постоянно оглядываясь на тартану, которая задает курс. Я учу казаков пользоваться компасом. Наука не сложная. Тем более, что сделал карту Черного и Азовского морей, пусть и не очень точную, поскольку художник я не ахти, но курс проложить по ней можно. За тартаной двигаются всякие разные суденышки, в основном рыбацкие, на которых бегут из неволи те, кому не хватило места на чайках и галерах. Они перегружены, идут медленно, особенно при волнении, из-за которого пара лодок затонула. Чайкам приходится грести вполсилы, чтобы не оторваться от них.

Когда добрались до Тендровской косы, одна чайка ушла в отрыв, на разведку. Вернулась к вечеру с плохой вестью.

— Турки там, в горле, много, на весельных и больших парусных кораблях, — доложил прибывший на тартану капитан чайки-разведчика — седоусый казак в алой шапке, похожей на загнутый клык и явно добытой у турок, может быть, в Синопе. — Нас ждут.