Что там говорить, даже я начала сомневаться, не зря ли вылезла со своим предложением. Закралась малодушная мысль, вдруг хозяева откажутся, и мне не придется ничего делать?

- Поскольку метод экспериментальный, деньги за операцию мы не возьмем, но и за последствия не отвечаем, - предупредил местор. - И учтите, послеоперационный период будет сложный, а восстановление - тяжелым.

- Мы согласны, - переглянувшись, решились хозяева.

Я сглотнула, понимая, что назад дороги нет.

Операционный стол был готов, инструменты тоже. Нам придется заменить все четыре лапы, а не только две задние, чтобы восстановить пропорции. Я все губы искусала, пока местор готовил пациента. Саймон многому меня научил в работе с неживой тканью, завкафедрой гонял с анатомией. У местора Пильна я тоже уже чего только не насмотрелась. И сейчас мне предстояло прирастить четыре чужие лапы, оживить ткани, восстановить кровообращение, при этом убрав видовые различия, соединив два организма. У меня не то что руки тряслись, меня всю трясло, когда я сращивала золотистую мантикору с первой пришитой местором серой лапкой. Делали по одной, чтобы лучше справляться с кровотечением, сосуды подгоняли на месте, сужая более широкие у мантикоры и расширяя собачьи. Кровь необходимо постоянно медикаментозно разжижать первые пару недель, пока части тела не адаптируются друг к другу. Но это уже следующий этап.

Пильн то и дело обращал мое внимание на основные моменты, сам выполняя хирургическую часть операции. Особенно сложно дело обстояло с мышцами, хрящами, сухожилиями, суставами - всем, что обеспечивает подвижность конечностям. Тут уже без местора я бы не определила, куда лучше направить рост тканей.

Когда дошло до наложения проклятий, я вконец разнервничалась. Волнение, оказывается, выматывает похлеще любых манипуляций и занятий на полигоне.

- Соберитесь, Элиза, - строго и без капли жалости приказал местор. - Нам важно все сделать быстро, иначе лапы не приживутся и мы только зря угробим животное.

Я сильно-сильно зажмурилась, отгоняя посторонние мысли и сомнения, вырисовывая в голове векторы распределения темной магии. Лучше всего совместить силу с естественными процессами организма, подвести все под один ритм, например, ток крови и биение сердца. Два удара - ичужеродные секунду назад части схватываются, воспринимаясь организмом, как свои родные, два удара - передышка. Следующие два удара - другая лапа, и очередное воссоединение. И так четыре цикла. Проклятие слияния сверху на каждую.

Местор кольнул подушечку лапки - кровь пошла, но ранка мгновенно затянулась. Кровоснабжение работало, как и регенерация.