Комнаты, предназначенные для работы швей при ближайшем рассмотрении всё-таки не устроили меня в отношении освещения. Окна требовались большие и с двойным остеклением - такие были только на первом этаже, а гробить здоровье работниц перед тусклыми свечами я совершенно не планировала.

Конечно, задуманные переделки в таких масштабах стоили не мало, но мне удалось убедить практичную Елену Дмитриевну в том, что лучше сразу сделать всё так, как положено, чем потом терять время и средства на обучение новых швей, взамен потерявших на производстве зрение. Само по себе здоровье крепостных (а именно крепостные должны будут выполнять львиную долю работ) не очень-то волновало эту сухаристую тётку, поэтому пришлось искать аргументы финансового порядка.

Боже мой, дни полетели кубарем, один за другим - я просто не успевала за всем уследить. Спасибо моей доброй Софи - она добровольно взяла на себя роль профессионального секретаря, фиксируя планы, отмечая всё, что не успели и объявляя каждый вечер замотанной мне о том, какой именно забег ожидается завтра.

Елена Дмитриевна, очевидно, состояла из железа, ибо на её лице я не наблюдала ни следов усталости, ни раздражения - бесконечно одинаковая деловитость и готовность к действию. Не удивительно, что она не замужем, сдаётся, единственным достойным кандидатом, способным выдержать её темп и неэмоциональность, мог бы стать только Терминатор.

У меня лично голова уже шла кругом. Нет, всё ж понятно, этот путь я проходила не впервые, но масштаб и скорость действия ошеломляли. Надо думать, ни больше ни меньше - почти государственный проект. Сильно напрягало, что не оставалось сил и времени порисовать. Идеи были, немало, есть что отдать в разработку, но выпадение из творческого процесса - вещь угнетающая для самого творца.

Вместо того, чтобы закутаться мягким пледом и за чашкой кофе отдаваться на волю фантазии, я носилась, как угорелая, контролируя ремонтные и строительные работы, стараясь отследить их качество. Конечно, всем этим занимались специально обученные люди, но, не всегда понимая назначения вносимых изменений, могли сделать что-нибудь не так. В общем, это я погорячилась, изначально решив, будто особняк под все мои замыслы можно будет переоборудовать ""малой кровью"".

Кроме всего, отбирать кандидатур на разные участки труда в мастерские тоже нужно было самой. Моя стальная помощница организовала приток свежих сил, но даже теоретически не могла судить об уровне квалификации прибывающих кадров. Кто-то хорошо владел кроем, кого-то можно было ставить только на простой шов, а попадались жемчужины, которые смело отряжались на вышивку.

Мастера, прибывшие со мной из Франции, должны будут взять на себя роль учителей-наставников для новичков.